Только услышав названную Шегером глубину, соратники не особо обратили на это внимание. Но затем, в кромешной темноте и тишине, до всех понемногу начало доходить. Четыре километра…

— Ну… на Земле есть места и поглубже. — каким-то очень неуверенным голосом протянула Мария. — Марианская Впадина вот вообще двенадцать тысяч! И ничего, живет же там… что-нибудь.

— Ничего там не живет. — хмуро мотнула Юля головой. Ее длинные распущенные волосы неторопливо плыли следом за их хозяйкой, практически сливаясь с царящим в пузыре сумраком. — А если и живет, мы этого не знаем. Ни батискафы, ни маги погрузиться на такую глубину пока не сумели.

— А что так, кстати? — мне стало искренне интересно. — Неужели не сумели защититься от давления? Странно.

— Там не давление. — задумчиво ответила Горская, подплывая ближе ко мне. — Там… что-то. Там нет маны. Совсем нет. Словно ее оттуда выкачали и не дают закачиваться вновь. Во всяком случае, так написано во всех отчетах о погружении. Это, пожалуй, одна из главных загадок Земли.

Все помолчали. Остальные знали об этом не больше Юли. А я сделал зарубку себе на память — разузнать у более компетентных органов, что там такое. И, если понадобится, спуститься самому. Чистое Небытие способно разрушить вокруг меня вообще все, не оставив ни воды, ни давления, ничего. Так что труда это большого не составит.

Но надо же — о таком глубоком месте на Земле я совершенно ничего не знал. Хорошо, что Ириат пока нейтрален. Уж больно многое сегодня в мире зависит от океанов…

На след принца мы напали еще через несколько часов блуждания в абсолютной тьме и пустоте. Как объяснил Шегер, обычно здесь вообще-то полно рыбы, плавучих водорослей и даже островков подводной жизни. Но сейчас часть их успели отогнать от сферы фронта люди Оот, часть захватили и уволокли нападающие. Так что глаз часами не цеплялся вообще ни за что.

А затем свет вокруг погас. Легкое, еле-еле рассеивающее тьму хоть на пару метров свечение пузыря неведомого живого транспорта исчезло — и только теперь мы осознали, как к нему привыкли.

— Проклятье, даже этот контур мало помогает! — прошипел княжич, натолкнувшись на Каховскую. Прошипел, впрочем, больше для вида — та упругая часть девушки, с которой столкнулся Василий, явно пришлась ему по душе.

— Руки, руки убери! — оттолкнула его Алиса. — А еще блюститель уставов и правил!

Темнота не была абсолютной — мягкое синеватое сияние посоха-копья Шегера и магия подводного контура позволяли видеть общие очертания объектов. Но о цветах почти полностью пришлось забыть.