— Да, немало! — довольно закивал граф. Все-таки рассказывать об успехах ему нравилось куда больше. Хотя и тут не обошлось без проблем. — Мы уже соорудили целую подпольную организацию. Несколько завербованных лидеров социалистов собрали вокруг себя не только всякую погань и чернь, но и целый ряд опальных дворян, и даже кое-кого из респектабельных родов. Конечно, кое-кто, бывает, срывается с крючка…

— Скольким уже раздали Пронзатели? Сколько у нас достойных?

— Уже больше сотни по стране! В одной только столице три с лишним десятка! Прикажите — и эти люди приложат все силы, дабы проникнуть в обиталища неугодных магов, и прирезать их как свиней!

— Ты опять бравируешь, граф. Что-то не так? говори.

— Эм… Дело в том, что случилось то, чего не могло не случиться. Но все-таки печально. Все, кому мы выдавали Пронзатели, кого посвящали в руководители ячеек, истинные фанатики дела. Кто-то реально верит в эту бредовую чушь для рабов — социализм. Кто-то в возможность взять власть с помощью заговора и сделать жизнь лучше. Кто-то настолько успешно нами мистифицирован, что готов умереть хоть сегодня за идеи, которые и сам толком не понимает…

— Но?

— Но, повелитель. Недавно, буквально в последние дни, сразу два посвященных сорвались с крючка. Оборвали все контакты, затерялись. Одна даже убила двоих связных.

— И Пронзатели они, конечно, прихватили с собой?

Граф сумрачно кивнул.

— Фамилии?

—нетитулованные Юдин и Маринец, они, кажется, обвенчались, один простолюдин Иванов. И опальная дочь барона Юлия Горская.

* * *

— Откуда у тебя это⁈ — холодно спросил я, оказавшись в пяти метрах от растерянной баронессы. — Отвечай.

Горская смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Когда я разорвал дистанцию, она так испугалась, что непроницаемо-черный клинок выпал из ее рук и теперь валялся в дорожной пыли.

— Что с тобой? — встревоженно произнесла наконец Горская. — Я просто хотела показать, что и мне есть, чем сражаться в случае чего! Чем защитить тебя!

— Ты знаешь, что это такое? — спросил я, несколько расслабившись. Юля не предпринимала никаких враждебных действий, не тянулась к валяющемуся кинжалу, и очень искренне проявляла обеспокоенность. — Откуда это у тебя?

— Это… до недавнего времени я думала, что это просто символический кинжал. Своеобразный знак отличия для посвященных в дела… — она опустила взгляд, волосы упали на лицо. — В дела одной организации. Не очень законной, честно сказать…

— До недавнего времени? Только не говори, что ты им кого-то убила.

Юля опустила голову еще сильнее, зажала между острыми коленями. Лицо совсем скрылось под угольно-черным водопадом волос. После недолгого молчания девушка тихо произнесла: