Но я сделал движение к ней, выпущенный амулет упал на одеяло, а мои руки схватили её ускользающие пальцы. Серые глаза распахнулись, в них словно засветились далёкие звёзды, Астрит затаила дыхание, не шевелясь. То, что она не отстранилась, я принял как безмолвное согласие на свои дальнейшие действия. Поднял руку, почти невесомо коснулся её мягкой щеки. Ресницы принцессы затрепетали, приоткрытые мягкие губы оказались так близко, и я наклонился, чувствуя, как внутри всё пробуждается, но будучи готовым при любом признаке нежелания у Астрит перевести всё в шутку. Всё-таки сейчас рядом со мной была настоящая принцесса, которую должны были воспитывать в совершенно других традициях и рамках, нежели, например, ту же Кассандру, с которой в этом плане никаких проблем не было. Как и долгосрочных перспектив… А тут я так сказать не мог. Точнее, не хотел.

Я осторожно коснулся показавшихся горячими губ Астрит, и… от звука открывающейся двери мы отпрянули в разные стороны, Астрит мотнула головой, торопясь заслонить волосами залитое румянцем лицо, я же постарался состроить независимый вид. И, кажется, это был первый случай, когда я был совершенно не рад видеть Никса…

Но когда увидел, что за ним следом в комнату вошёл и Бернт, то мысленно попросил у командира прощения и поблагодарил его за то, что тот не стал пропускать капитана королевской стражи вперёд. Так хоть Астрит успела подняться с кровати и отвернуться, делая вид, что выливает из плошки воду.

— Господин, — Никс коротко поклонился и стремительно подошёл к кровати. — Как вы себя чувствуете?

— Превосходно, — усмехнулся я, кривя губы. — Не чувствовал себя лучше за прошедшие дни.

Командир хмыкнул, оглянулся на Астрит.

— Вы не могли бы выйти? Господину надо одеться, — попросил он.

— Да, конечно, — тут же засуетилась принцесса, поворачивая к Бернту до сих пор горящее лицо, но на этот раз у подобного был хотя бы мнимый предлог.

И пусть капитан стражи окинул меня подозрительным взглядом, предъявить ему было нечего, так что покинул комнату вслед за Астрит.

— Спасибо, — качнул я головой, слабо улыбаясь и удивляясь сам себе: вроде и поцелуй сорвался, но при этом я всё равно ощущал себя счастливым человеком, которому словно подарок пообещали. Кстати о нём. — Глянь, что вручил король. Целое состояние, — я покачал на пальце цепочку с сокровищем, на обратной стороне которого действительно была именная гравировка.

Никс предсказуемо безразличным взглядом скользнул по украшению, пожал плечами.

— Заслужил, — коротко прокомментировал он.

Дошёл до шкафа, вынул мою одежду, а я только сейчас сообразил, что лежу в одном исподнем. Командир вернулся с ворохом вещей, положил на кровать. Откинув одеяло, я принялся одеваться борясь с пуговицами непослушными пальцами.