Покрепче обняв сестру, я смерил Фрауса взглядом.
— Знаешь, старина, Хасгар, которого ты ищешь, давно умер. Его убил Флоки своим предательством. Но если что-то будет угрожать миру, его тень вернётся и напомнит, что верховным богом может быть только тот, кому доверились древние боги, и никто иной.
— Люди смертны, Архарт, — напомнил Фраус.
— Как видишь, не все, — я сощурился, видя отсветы собственной силы, отражающиеся в зрачках бывшего покровителя.
Эпилог
Высокий парень с коротко стриженными белыми волосами почти бегом зашёл в небольшой кабинет.
— Ты должен мне бутылку хорошего халифатского вина! — быстро выговорил он, смотря на сидящего за столом полноватого мужчину в дорогом официальном костюме.
— И за что же это, интересно? — приподнял тот одну бровь.
— Я заключил контракт на императорскую охоту на весь сезон! — парень разве что не прыгал от радости, в его серых глазах искрился смех. — Император изъявил желание поохотиться на тёмном континенте! А я тебе говорил, что это дело выгорит, и что мы не зря выкупили весь архипелаг! А ты в меня не верил, Фраус!
Фраус вдруг широко улыбнулся и жестом фокусника достал из-за стола заранее подготовленную высокую бутылку из тёмного стекла.
— Юноша, я не могу не верить в того, кто носит фамилию Самвель! Религия, знаешь ли, не позволяет. Так что, Эгиль, расчехляй бокалы!
И смотря на то, как молодой Самвель суетится около маленького столика, расставляя нехитрое угощение,
Фраус невольно подмечал в нехарактерной внешности, которая взяла всё от северной родни, типичные дедовские черты. Когда-то ведь и его дед сидел тут, попивал чай и рассуждал, что бы взять с собой в поездку на север.
— Слушай, я одного не совсем понимаю, — протянул он, с хлопком открывая бутылку. — Я предлагал тёте Асил и деду Никсу перебраться оттуда на основной материк, всё-таки они уже немолоды, да и с детьми там не очень безопасно, но они отказались…
— Не волнуйся, — усмехнулся божественный обманщик. Опасность, скорее, грозила там только престарелому Никсу, но лисы всем возрождаемым семейством за него разорвут в клочья любого.
— Ну что, за успех? — Эгиль подал подошедшему другу семьи бокал с вином.
— За успех, — согласился Фраус, улыбкой сопровождая стеклянный звон.
* * *
— Отец, я когда-нибудь убью Лорака, честное слово! — хлопнув входной дверью, в гостиную влетел мужчина средних лет с тёмными волосами, доставшимися от меня, но серыми глазами, как отражение матери. — Или Раззарта! — добавил он, падая на диван.
— Я бы посмотрел, как ты будешь убивать бестелесного духа, который сидит у тебя в голове, — я с усмешкой кивнул на амулет, что болтался у него на груди.