То же самое действо повторилось у месье Девуазье, упитанного розовощекого весельчака, который, узнав, что я русский, предложил кофе и рюмочку коньяка и стал выражать свои лучшие чувства к России и русским (все же теперь «Сердечное согласие»[5] у нас). Брокер удивился, когда узнал, что я решил сыграть короткое плечо с акциями русских заводов и железных дорог, рассчитывая на снижение их котировок. По его глазам увидел, что он считает мой поступок опрометчивым, но возражать клиенту он не стал: хозяин — барин, я же свои деньги ему плачу. Заключили контракт на тех же условиях с комиссией 7,5% и тем же списком предприятий, но на два миллиона франков.

Гурфинкель оказался тощим евреем неопределенных лет, но по тому, что он сидел под портретом старикана с роскошными пышными седыми волосами и бородой (но не Карла Маркса), я догадался что это все же «сын» с вывески конторы. Видимо он тоже признал во мне новичка и, узнав о сумме, которой я захотел рискнуть (миллион франков), стал меня отговаривать от рискованной для меня сделки.

— Молодой человек, таки да, понимаю вас, все хотят сразу заработать и жить красиво… Вот вы, наверно, получили наследство и решили сыграть на котировках, но поверьте старому человеку, я видел много сломанных судеб из-за быстрых денег. Может быть, начнем с длинного плеча? Вложите свои сбережения в надежные акции, будете получать дивиденды, а потом, если надо, продадите.

— Уважаемый господин Гурфинкель, я все обдумал с этим контрактом, а второй контракт, на длинные деньги, я заключу с вами на покупку акций компаний Рено и Пежо, когда стоимость их понизится на 20% против сегодняшней котировки, для чего переведу вам на депозит еще миллион франков, чтобы вы могли распоряжаться этими активами.

Я решил не сильно напрягать Гурфинкеля, к которому почувствовал некоторую симпатию за то, что он честно пытался предупредить неопытного игрока о риске, дать ему немного заработать на покупке акций для меня, кроме того я надумал продать сразу все акции Мамонтова (в первую очередь), да и остальные тоже, через него. Кроме того, он назначил самую низкую комиссию — всего 3%.

После этого поехал в банк и перевел брокерам деньги за акции, а Гурфинкелю дополнительно положил на депозит миллион для покупки бумаг Рено и Пежо.

Когда вернулся в гостиницу, меня ждали письма от русского и испанского посла в Париже. Князь Урусов информировал меня о встрече с испанским послом, а испанский посол, в свою очередь, написал, что признание титула в компетенции Его величества короля Испании Альфонсо XIII, поэтому он все полученное от князя Урусова переслал дипломатической почтой в Мадрид. Кроме того князь Урусов прислал два адреса, по которым сдавались внаем приличные квартиры для дипломатического корпуса и рекомендовал безотлагательно их посетить, поскольку в Париже полно «бездомных» дипломатов.