— Мне очень жаль… — проговорила я.
— Он так и не смог оправиться после этого случая, — Оливер покачал головой. — А монстр успел уничтожить десятки тысяч людей, пока охотники не сожгли его. Однако ветер разнёс пепел по городам, из‑за чего ещё большая часть населения погибла… Вы назвали ту болезнь чумой, — проговорил он.
— Это ужасно… Но… — я опустилась на кровать.
— У человечества ушло много времени на восстановление, а у Магической комиссии — на поиски средства для уничтожения памяти, — Оливер посмотрел мне в глаза. — После того случая ещё несколько лет люди мучились, пытались бежать, найти способ вернуться домой. Многие не хотели уходить, а часть сходила с ума, истязала себя, умирала, мешала работе другим. Потеря памяти — лучшее, что и по сей день может предложить Магическая комиссия.
— Но я не хочу забывать, кто я, — мой взгляд падает на руки.
— Разве это не приносит тебе страдания? — удивлённо спрашивает он.
— Я не хочу забывать, кто я. Восемнадцать лет потерять в один миг — ужасно… Я не хочу проснуться однажды с мыслью о том, что у меня нет прошлого. Да, пускай мне больно от того, что я не могу вновь обнять своих родителей или посидеть в «Чайке» с подругами, — в глазах стоят слёзы, — но так я знаю, за что сражаюсь! Именно эта боль делает меня живой, заставляет вновь и вновь заниматься до изнеможения, каждый день совершенствоваться и быть готовой к тому, чтобы всё потерять. Ведь однажды я уже потеряла всё, что мне было дорого, а значит, и вновь смогу это сделать…
Оливер намеревался что‑то сказать, но его прервала женщина. Марселина подошла всё с той же нервирующей меня улыбкой.
— Вы готовы? — радостно спросила она.
— Только если эта жалкая пародия на улыбку спадёт с вашего лица, — сквозь зубы произнесла я.
Как же некоторые могут выводить из равновесия за долю секунды!
— Что, простите? — удивилась женщина.
— Надя говорит, что с радостью расскажет обо всём произошедшем, — произнёс Оливер, повернув её голову на себя рукой.
Улыбка Марселины стала ещё шире. Я встала с кровати.
— Девочка моя, вам не нужно будет ничего рассказывать, — она положила руку мне на плечо.
Да что она себе позволяет?! Ещё и с таким лицом!
Я плавно сделала шаг в сторону, и её рука упала с моего плеча. Женщина недоумённо посмотрела на меня. Широкая и наигранная улыбка появилась на лице.
Что ты творишь?! — раздался голос Оливера в моей голове.
Терпеть её не могу! Пускай свои конечности держит при себе!
Надя, она стоит выше по статусу! Ей можно почти всё!
Не собираюсь её терпеть!
Я злобно смотрю в его сторону, а Марселина молчит. Медленно поднимаю ментальные щиты.