— Сожри Гарм их потроха! Пусть Сурт вонзит свой меч прямо в задницу тому ублюдку, который отдал этот безумный приказ! О, Локи, сделай так, чтобы сломались весла на тех драккарах, которые мчатся к грядущим бедам. Огради неразумных сынов Асгарда…

Ругань Эйрика и его же воззвания к божественным силам, как оно и ожидалось, не возымели результата. Однако… он заметил, что в глупую и опасную погоню рванулись не все норвежские суда, лишь около двух третей. Под флагом… Свейна, наследника Хакона Могучего. А вот Эрленд со своими не последовал за братом, предпочтя следование полученным приказам.

— Сколько датских кораблей можно не считать?

— Мы подожгли одиннадцать судов, еще четыре затонуло от полученных повреждений. Шестнадцать захвачены или вот-вот будут, Петля, — ответил Стоян, обладающий острым зрением и к тому же привычкой подсчитывать меняющуюся численность противника. — Всего у короля данов меньше на тридцать один корабль. Три наших драккара протаранены, два уже на дне, один тонет. Выбрасываться на берег нет смысла, поэтому… Думаю, что и пленные есть, воины не получали приказ убивать всех, тем более раненых.

— Я тебя услышал. Жаль, что это не все наши потери. Сейчас они увеличатся.

Стоян и Бьорн понимающе кивнули. Не первых год по морям ходили. Знали, что к чему. Роскильде-фиорд для данов место родное, изученное, маневрировать они там умеют, все хитрости ведают. В отличие от Свейна, сына Хакона, который продолжал преследование. Хотя норвежец не мог не понимать, что его порыв, идущий вразрез с приказом и здравомыслием, другие союзники не поддержали.

— Приказ всем. Малым ходом — ближе ко входу в Роскильде-фиорд, — с трудом удерживая гнев, процедил Эйрик. — Выход из фиорда не преграждать. Оттуда будут отступать драккары Свейна. Те, которые останутся.

— Ловушка… Но какая?

— Локи ведает, Бьорн. Вернувшиеся расскажут. Наше дело — подойти и ждать. При нужде — прикрыть отступление союзников, пусть и дурных.

Добавить тут было просто нечего. А вот подумать над тем, что делать дальше — несомненно стоило. И у Петли были на сей счет… определенные мысли. Те самые, которые появились вкоре после сражения близ устья Дуная.

* * *

— Больше двух десятков драккаров! Именно столько ты, Свейн, сын Хакона, потерял в своей безумной затее, — расхаживая по палубе «Нагльфара», источал яд Эйрик Петля, обращаясь к сыну норвежского правителя. — Сколько же викингов пало в бою либо попало в плен к данам, того я не ведаю, но немало, то очевидно.

— Я потерял семнадцать…

— Семнадцать утонуло, село на мель или сгорело, — перебил Свейна Петля, смотря на него, как на вздорное и неразумное дитятко, которое и надо бы высечь, да возможности нет. — А еще шесть после всего случившегося более походят на дырявые и обожженные корыта, чем на боевые корабли. И видят боги, в том только твоя вина.