* * *

Зубочистка любил эту тихую кофейню, которой управляла его дочь. Тут стояли чудесные запахи, царил успокаивающий полумрак, играла приятная, но едва слышимая музыка, и посетителей в это время было совсем немного.

Но в этот раз общее умиротворение немного переплеталось с беспокойством, потому что Шим Чихе сама, по специальным каналам, вызвала отца. Он переживал, как бы чего не случилось.

Но, окинув дочь взглядом, он понял, что часть его переживаний, наверняка, напрасна. Дочь, кажется, пребывала в полном порядке. Не была ни взволнована, ни удручена, только немного нервничала.

— У тебя всё хорошо? — поинтересовался Зубочистка вместо приветствия.

— И тебе здравствуй, отец, — ответила Шим Чихе с некоторым сарказмом в голосе.

— Извини. Здравствуй, конечно. Просто я переживал по поводу того, зачем ты меня вызвала.

— Я же не говорила, что это срочно, — Шим Чихе пожала плечами. — Просто есть один разговор, где, я полагаю, ты сможешь мне кое-что объяснить.

— По крайней мере, постараюсь.

Зубочистка сел на высокий стул возле барной стойки и огляделся. Кофейня была совершенно пуста. Они с дочерью остались одни. Впрочем, это неудивительно: дело шло к закрытию.

— Тебе как обычно? — спросила Шим Чихе, подходя к кофемашине.

— Пожалуй, да, — кивнул тот и девушка принялась делать своему отцу кофе.

— Я тебя слушаю, — проговорил Зубочистка, подавшись вперёд, чтобы быть ближе к дочери.

— Я просто не знаю, с чего начать, — ответила на это девушка.

— Ну, начни, как полагается, сначала, — проговорил Зубочистка.

И ему очень не нравилось то, как говорила его дочь. Как будто она что-то недоговаривала.

— Видишь ли, у нас в универе появился такой… как это сказать… кружок по интересам, где ребята, да и девчонки играют в карты.

При слове «карты» Зубочистка выпрямился. Словно вместо позвоночника у него вдруг в организме появился металлический лом.

— Поэтому я хотела тебя спросить: если есть какие-то подводные камни, может быть, мне стоит поостеречься и не играть с ребятами?

— Конечно, нельзя играть, — отрезал Зубочистка, понимая, что внутри у него похолодело. — Понимаешь, карточные игры, особенно на интерес, не бывают просто так. Никто не начинает играть, из тех, кто это предлагает, без причины, не зная будущих результатов. Те, кто сколотил этот кружок, наверняка преследуют какую-то выгоду. Она может заключаться не столько в материальных ценностях, сколько в желании обязать вас. Возможно, ты слышала, что карточный долг — это святое.

— Там что-то такое говорили, но я не придала этому значения, — покачала головой Шим Чихе и поставила перед отцом кофе.