— Что именно? — не понял я.
— Вот эта вот передышка? Барлиона, улыбки, ободряющие похлопывания в реале. Ты понимаешь, куда попал, Саш?
Я пожал плечами:
— Ну, закончится и ладно… Хотя почему Барлиона должна закончиться? Ты же играешь, хотя давно в Проекте.
— Не думал, почему у меня такой маленький уровень? А ведь я всё свободное время провожу здесь.
— Много работы в реале?
— Конечно. И, кроме этого, я и в Барлиона не столько играю, сколько занимаюсь проектами Немезиды.
Я понимал, к чему она ведёт, но виду не подал:
— Ну… Логично вроде. Тебя починили, так и так приходится отрабатывать…
— Я не знала, на что соглашалась! — возмутилась Вероника. — Они… Они ничего не рассказывали! Мне пообещали, что я смогу отомстить, но где она, эта месть? Мы уже два года гоняемся за фантомами, теряя друзей и нити, за которые могли бы потянуть, чтобы распутать этот клубок! Чем больше времени проходит, чем дальше цель, и тем больше понимаю, что ещё немного… И я кого-нибудь из этих дутых генералов пристрелю сама… — последнюю фразу она прошептала.
Я нахмурился:
— Как тебе это поможет? Надо терпеть, ждать момента. Я уверен, рано или поздно вы их найдете!
— Я два года терпела! Два года ежедневного ожидания. Два года страданий. Два года воспоминаний. Два года бесполезных убийств… Думаешь, шифры гибнут, убивая каких-нибудь террористов?
— Э-э-э… Разве нет?
Она усмехнулась:
— Конечно, нет! И мою семью убили не террористы! В Африке и на Ближнем Востоке до сих пор идёт война за ресурсы. Раньше за них дрались государства, теперь — Корпорации. Государство тоже имеет свои интересы, причём далеко не все спецслужбы взаимодействуют, иногда даже разные отделы одной спецслужбы не в курсе операций друг друга! — Вероника плотнее обхватила себя за плечи, отвернувшись. — Вчера Южно-Американский отдел СБ обстрелял наши опер-группы в Марокко, при готовившиеся захватить крупную партию… Нелегальных товаров, которые перевозились в Европу. Оказалось, поставки были организованы агентами под прикрытием, для того, чтобы вскрыть нелегальную сеть распространения, работающую на территории бывшей Франции, Испании и Италии… — она замолчала.
Меня пронзило понимание, и я рванулся к ней:
— А сегодня нет Пучеглазого?!
— Да! — она повернулась ко мне, вытирая слезы. — И никто ничего не говорит! Однажды всё мы сдохнем, и никто ничего не узнает! Не будет даже могилы! От них не останется ничего, как от моей семьи!
Глава 24. Планы меняются
Я хотел было обнять плачущую Занозу, как появилось меню экстренной выгрузки из Барлионы.
— У тебя тоже выход? — Вероника вытерла слезы и принялась рыться в снаряжении.