Но не учить я не мог. И, если хотел какой-либо«известности », которая могла мне пригодиться на более поздних этапах, учить приходилось не на«отвали », а… чуть-чуть лучше. Что поделать, мне нужна была некоторая репутация, как для личных нужд, так и чтобы «оправдать надежды дорогой матушки» . Так, в частности, и родились те чары моего имени, от которых юных чародеев перекашивало. С одной стороны, они позволяли отделаться от лишних энтузиастов, с другой — как-то заинтересовать «детишек» , но и не выдать им ничего существенного и опасного против меня. Пришёл к этому концепту я не сразу, но… жизнь, в виде толпы заискивающе улыбающихся самодовольных подонков, на лице каждого из которых при этом крупными буквами читается, с каким удовольствием он меня бы прибил ради самоутверждения, заставила. Молодёжь вообще не очень умеет скрывать истинные чувства в мимике, а тут они ещё и привыкли к жизни в чёрно-красных тонах теплового зрения, которое хоть и тоже способно передавать мимику собеседника, но всё же не так полно, как полноценное зрение при полноценном освещении. Я же прекрасно видел их выражение глаз даже в самой кромешной темноте, и это давало многое.

Так и появился концепт с, будем откровенны, пыточными заклинаниями. Из памяти протагониста игры я их… не знал. Как полноценно изученных заклинаний. Но что такие заклинания есть у тех же Красных Волшебников Тэя, с одним из которых неплохо общался, представление имел. А ещё в памяти«Героя Андрентайда » были множественные теоретические записи нетерильской школы волшебства, из которой немало почерпнули всё те же Красные Волшебники Тэя, которые, в свою очередь, и создали«Комплекс Нибора » из заклинаний разных кругов, рассчитанных на причинение жертве максимума боли. Воссоздать их, имея унаследованные от местного Нальфейна и игрового протагониста, а также приобретённые лично за последние пять лет знания, было не так уж и сложно, так что теперь в академии Сорцере была пара книжек за авторством Нальфейна До’Урдена. И нет, пыточные я выбрал вовсе не из-за«изощрённого садизма» и «кровожадности» , о которых тихонько шепчутся ученички, познавшие на себе моё разочарование в их природе. Всё куда прозаичнее. Я не учил тому, что может повредить мне. Нежить имунна к боли. Я, будучи Бледным Мастером, к ней чертовски устойчив. Потому даже чары, что могут превратить и гидру в комок воющих оголённых нервов, заставят меня максимум поморщиться. Зато какая популярность появилась у этого заклинания в среде наставников! На собрании мне даже вынесли публичную благодарность за такую разработку, а коллеги из Мили-Магтир так и вовсе светились от счастья, ведь это заклинание имело и форму зачарования, собственно, изначально оно и предполагало накладывание на стек или стимулус с последующим покалыванием жертв. Когда лёгкое прикосновение «палочки» наставника сравнимо с полновесным ударом плети жрицы Ллот, усердие в студентах выходит на новые уровни. Было ли мне стыдно за такие изобретения и пускание их в массы? Немного. Но дроу, которые душой живут по законам Паучьей Королевы, должны страдать — это я для себя уже уяснил чётко! Они заслуживают страдания! Все!