Когда мы уже подходили к машине посольства, меня кольнуло странное чувство: будто я увидел кого-то знакомого, но сознание среагировало с опозданием, и я понял это слишком поздно. Дурацкое ощущение, если честно! Стоишь, озираешься и пытаешься понять, чье лицо, фигура или манера двигаться заставили тебя среагировать, а понять ничего не можешь. Может, и вовсе объект был незнакомым тебе человеком, а подсознание само прилепило к нему черты кого-то знакомого.

Вокруг были одни китайцы в халатах разных цветов, а у меня ведь не так много знакомых китайцев. По пальцам одной руки пересчитать можно! Так на кого я сделал стойку? Вроде бы никто не смотрел на меня, дар молчал и не предупреждал об опасности, но я все равно не мог успокоиться.

— Что-то случилось, Игорь Сергеевич? — обеспокоенно проговорил Снегирев, заметивший мое странное поведение.

— Будто увидел кого-то знакомого, — неохотно пояснил я. — Только понять не могу — кого.

— А чувства опасности нет?

— Вроде нет.

— Ну тогда, скорее всего, вы на ведьмака так среагировали, — с облегчением махнул он рукой. — Попервости случается.

Что? Ведьмак, убийца магов здесь, а посол говорит об этом так спокойно? Словно о безделице, внимания не стоящей! И где он?

— Поясните, пожалуйста, Алексей Вячеславович. Я здесь человек новый, может, не понимаю чего. Только для начала покажите его, раз вы так хорошо осведомлены.

— Вон тот паренек у открытого павильона с драконом на коньке. В темно-синем халате. Видите?

Я глянул в ту сторону и едва удержался, чтобы не швырнуть туда пульсаром. Сдержался — вдруг тут так не принято? Вместо этого принялся изучать ведьмака. Тщедушный малец лет пятнадцати, китайчонок. Лицо безучастное, взгляд бессмысленный. Как у дурачка, который потерялся, но еще этого не осознал. Стоит и ждет, когда мироздание само разрешит трудности, в которых он оказался.

— Почему он здесь? Это же взведенное ружье! И почему у меня такая реакция на него? Я ведь встречался раньше с ведьмаками и ничего такого не помню!

— Этот мальчишка — один из «Длани императора», Игорь Сергеевич. Приставлен к наместнику как символ власти отца над сыном. Страховка лояльности, если вы понимаете, о чем я. А реакцию вашу можно объяснить специальным эмоциональным маячком, который имеет каждый ведьмак при дворе. Чтобы люди сразу понимали, с кем имеют дело.

— Его приставил к своему сыну император? — Я недоверчиво взглянул сперва на посла, а затем вновь перевел взгляд на подростка.

— Да, так тут заведено со времен реставрации. Получающий провинцию сын императора снабжается также и вот таким предохранительным механизмом.