Только вот… блин.
Послезавтра школа, и, чёрт возьми, моё прошлое опять отложено в дальний ящик? Ну какой же отстой! Только ведь начали, только ведь проверяли теорию! И снова всё на паузе! Да что за…
'Пользователь, согласно тенденциям и анализу, полагаю, нужно вам напомнить.
Люксурия, она же Похоть, изначально договорилась с вами о наставничестве на условиях, что вы — её представитель, а она — будет рассказывать вам о прошлом'
«………», — слов не было, — «Напоминай пожалуйста почаще…»
«Принял»
Скажите, я дурак, да? Хотя чё спрашиваю — дурак. Для меня было важнее всё подряд, даже купить грёбанный плейстешен и смачно побить крапиву, нежели, чёрт возьми, ВСПОМНИТЬ, ЧТО МОЯ УЧИТЕЛЬНИЦА — ВСË ЗНАЕТ И СОГЛАСНА РАССКАЗАТЬ!
Я у мамы имбецил.
— Миша, что с лицом? Чего перекосился? — заметила она.
— Ничего, мамуль… просто я дурак…
— Ну, миленький… я тоже. Ну и что? Вместе как-нибудь справимся, — обняла она меня.
Вздыхаю.
Да уж… как-нибудь обязательно справимся. Не дадим в себе поселиться ни кровавым дедам, ни злым Анафемам!
Но знаете что? Тот факт, что семья не отринула мою идею с божественностью говорит лишь об одном. Возможно, я действительно взрослею и мой бред — постепенно становится не таким уж и бредом?
Да. Я явно взрослею. Хорошо это или плохо? Время рассудит. Но одно я знаю точно — с возрастом приходит что? Ответственность? Конечно.
Но ещё с возрастом приходит и третий класс.
* * *
Наступил день икс.
— Сынок, чего такой хмурый? — спросила мама, — Разве ты не хотел к друзьям?
— Мне даже форму менять не надо. Я не вырос ни капли… — пробубнил я, — Позорище.
— Ну у этого же есть причины! Не переживай, с твоим телом — быстро наверстаешь!
Дебильная конденсация ядра! Расстройств от неё пока больше, чем пользы.
'Не соглашусь. Показатели вашей силы пассивно выросли на двадцать процентов, и сохраняются при любых изменениях.
Сейчас, при восьмилетнем теле, по силе вам почти десять. Это не считая энергопсихоза и прочих временных улучшений'
«Да какая разница, если выгляжу как лошара», — вздыхаю, качая головой, — «Надо срочно вырастать»
Стрёмно, конечно, что спустя год я появлюсь таким же мелким, но ничего не поделать. Хорошо, что апатии у меня как явления не существует — иначе она бы и началась.
Я поправляю форму того же размера, что и за год до исчезновения, и заглядываю в рюкзак.
Блин, как сюда маска попадает? Рогатая… стрёмная… смотрит на меня будто живая. Я даже не помню как она вернулась в мою комнату, с учётом переезда-то. Просто лежала в шкафу.
— Готов? — спросила мама.
— Да, — уверенно киваю.