Тогда все поняли, что на лицо психические проблемы. Она одержима Марком, не может его отпустить. И быть может, несколько лет терапии бы и помогли… если бы Мария жила в вакууме.

Но доступ к новостям у неё никто не отнимал.

Сейчас она гостила у дальнего родственника в Германии. Мария сидела в зале перед огромным мраморным камином и безотрывно листала телефон. Новости. Соцсети.

— Это он… это он!.., — с каждой минутой она всё сильнее сжимала телефон, — Это он!

Её милый девичий голос превращался в бешенный рык, а телефон трещал от магической силы.

Она наткнулась на него случайно. Просто листая ленту.

И она сразу его вспомнила.

У него поменялись волосы и глаза, черты лица стали взрослее, но она его помнит… эту мелкую, уродливую, поганую дрянь ОТ ТОЙ МЕЛКОЙ ШЛЮХИ!

Мария так и не смогла отпустить всю ситуацию. Ведь всё её счастье, все её планы на жизнь, как и планы целых стран, просто мгновенно рухнули с появлением Анны! Мелкой, тупорылой русской мрази!

Всё рухнуло. Из-за одной мелкой глазастой суки!

«Нельзя это так оставлять!», — скрипела она зубами, — «Нужно его…»

И тут кто-то беззвучно подходит сзади и выхватывает её телефон! Мария, будучи высшей аристократкой, уже хотела поднять скандал.

Но ей повезло. Она додумалась сначала повернуться и узнать КТО это сделал.

Седовласый мужчина, одетый в парадную военную форму, посмотрел на экран и пару раз пролистал. Как и всегда, лицо у него не выражает эмоций, несмотря на живые голубые глаза.

— И-Император! — Мария подскочила и поклонилась, — В-вы бы могли меня попросить, и я бы сама…

— Интересная фамилия, — сказал Император Германский, и медленно перевёл взгляд на девушку, — Кого-то ребёнок напоминает, да, Мария?

* * *

Я прыгал вокруг мамы.

— А там будут обезьянки⁈

— Ты сам как обезьянка. Да тише ты, не прыгай!

Я застыл с высунутым от предвкушения языком.

Прошло ещё три дня. И настало время того самого. Из-за чего я хотел в Москву, кроме книг. Из-за чего ждал этой поездки! Да мне это даже снилось!

Всемирный закрытый аукцион.

Вивьен предоставила нам наряды, и сейчас мама укладывала мои волосы. Так как они отрастают до плеч за три дня, делать это бессмысленно, кроме как на час-два, что как раз наш случай.

Я был в белом пиджачке, важный! Мама тоже в белом платье с вырезом на её красивой стройной спине! Обычно, если мама такое надевает, отец выгоняет меня гулять.

Аукцион. Аукцион! Да-да-да, ес-ес-ес, сюда-а-а! Больше плюшек, больше хомячить, сюда-а-а-а!

Что там будет? Артефакты? Знания? БЕГЕМОТИК⁈ Никто не знает, и в этом ценность.

— Ну какие милашки! — зашла Вивьен.