Выбравшись из автобуса, мужчина внимательно посмотрел на цифру «1». Не важно, какая вторая цифра, первая единичка значит, что автобус рано или поздно вернёт его в этот лагерь. Это легко запомнить.
— Скоро тут станет немного людно… — улыбалась работница. — Давайте я расселю вас по палаткам, а потом пойдём ужинать.
Стоило ей сказать «ужин», как несколько человек за животы взялись. Они весь день в пути провели, а потом пять часов на автобусе ехали. Голод был очень привычным явлением, но раз кто-то упомянул ужин, то люди ощутили волнение и жажду.
— Раз, два, три… — считал мужчина. Их в автобусе было человек тридцать, но палаток на всех выделили только шесть. Значит остальные все будут жить вместе, большими семьями. Все остальные из каравана уже расселились здесь. Он же, как и всегда, оказался в последней палатке. Издали она казалась не очень большой, но подойдя поближе он и его семья отметили, что это не просто палатка, а настоящий шатёр.
Квадратный тент стоял на деревянном основании с бортиком, да ещё и слегка на возвышенности, чтобы вода не затекала внутрь во время дождя. Ткань была натянута на мощный железный каркас. Откинув тряпичную дверь мужчина вошёл внутрь палатки, тут же испытав облегчение и радость.
Пока они ехали, было много вопросов, где они будут жить. Теперь вопросов не осталось. Вся задняя стенка палатки была одной большой «кроватью». Не удивительно, что тут могло жить много людей, на этих длинных и широких нарах человек десять спокойно уснёт, если друг друга локтями не бить. В центре палатки был высокий шест, на котором крепился тряпичный конус высокой крыши. На нём же были петли для одежды. По левую сторону, у стены, был небольшой шкафчик для кухонной утвари, а чуть дальше, перед кроватью, ещё шкаф для одежды. По правую руку от входа небольшой стол и стулья, а в самом углу маленькая магическая печка.
— Нам дадут попробовать эту технику, — улыбнулся мужчина. Им говорили, что готовить особо не нужно, так как два раза в день можно поесть в столовой. Однако, если что-то хочется, можно купить в магазине за ману, вернее рубли, и приготовить тут, на этой печурке. Чай вскипятить, например. Так им сказали, хотя, что это такое — «чай», беженцам ещё предстояло выяснить.
Пока мама с дочкой на новой кровати прыгали, а отец любопытную печь изучал, снаружи раздался голос управляющей.
— Пойдёмте ужинать, — сказала она.
Большой шатёр между лагерем «один» и «два» был общей столовой. Покушать тут можно было два раза в день, абсолютно в любое время. Все только что прибывшие беженцы вышли из новых домов. Временных, но очень хороших, а потом отправились туда.