— Меч был отравлен?
— Угу…
— Не рискуй так больше, ладно? — попросил я. Приблизился к Ише, глянув на её запястье. — Не хочу чтобы тебе было больно.
Девочка не ответила, только глаза слегка отвела.
— Угу…
— Как наш дворецкий?
— Деньги раздал, — сказала она. — Ничего не украл. Раздал всем не поровну, но без ясной системы.
— Понял тебя… а из странно что?
— Почти половину… отдал женщине за поместьем, — ответила Иша.
— О, как… — это уже было интересно. — Кто она?
— Кажется, одна из фавориток прошлого Герцога.
— Он деньги любовнице моего отца выделил? — нахмурился я.
А Иша, слегка повернув голову, тут же оповестила меня:
— Он идёт.
Кажется, он сам решил ко мне постучаться.
— Впусти его.
Вернувшись за стол я сел на кресло, а через тридцать секунд внутрь вошёл Старик Сад, как он сам просил называть его.
— В саду прибрались? — спросил я.
— Да, Господин, — тут же кивнул дворецкий.
Думаю, это было не так сложно, учитывая что единственная капля крови, которая упала на камни, была из предплечья Иши. Все трупы просто обгорелыми кусками плоти являлись, удар светового клинка — вообще не шутка.
— Что-то хотел? — видя что он не реагирует на мои упоминания о ночной бойне, я перестал давить.
— Я выполнил поручение, Ваше Превосходительство, — сказал он. — Заплатил всем, по собственному усмотрению.
— Так, — кивнул я. — И?..
— Практически половину, я отдал Госпоже Гортензии, — сказал он. — Возможно это немного вышло за рамки приказа, но я посчитал это необходимым.
— Любовнице Теодора… — кивнул я.
— Вы знаете? — удивился тот.
— Почему ты ей заплатил?
Старик Сад немного помялся, впервые проявив неловкость на лице. А затем просто глубоко поклонился.
— Это моя вина, — сказал он. — Собрать компетентных слуг, которые бы ужились здесь, и смогли исправно работать, было трудно. Я просто хотел сохранить людей.
— Поясни, — нахмурился я.
— Мы каждый год получали финансирование, — сказал он. — Но с недавних пор деньги перестали к нам поступать. Поддерживать поместье и землю в хорошем состоянии, кормить людей, стало сложно. Поэтому я и взял на себя смелость обратиться к Госпоже Гортензии.
— Так ты денег занял, получается? — удивился я.
Когда я грохнул папашу, то не уделял много внимания этому дому. Не найдя выхода, дворецкий не стал писать в Герцогство, думая что ему там никто не поможет, и просто попросил в долг.
Если бы тут стоял Теодор, он бы просто в ярость пришёл. Неудивительно, что даже Старик Сад, с его выдержкой, слегка трясётся.
— Почему у неё? — спокойно спросил я, освобождая дворецкого от тяжести ожидания.
— Когда Госпожа Гортензия жила в поместье… мы хорошо ладили, — осторожно сказал он. — Слуги и я, мы любили её, и она никогда никого не обижала. Поэтому я имел смелость обратиться к ней, когда стало трудно.