Ринго с трудом избежала захвата лезвия левого меча в кулак и кувырком ушла от выросших из брони шипов. То, что последние внезапно отправятся в полёт, превратившись в смертоносные снаряды, оказалось для неё неожиданностью, тем не менее, вовремя поднявшиеся оружия отбили пару наиболее опасных костяных иголок и позволили остальным растрепать одежду куноичи. Первый обмен ударами оказался безрезультатным.
Быстро разорвав дистанцию Амеюри полоснула перед собой левой рукой и с меча сорвался ослепительный серп, нацелившись прямо в центр костяного рыцаря. Пусть укреплённая природной чакрой кость могла с честью выдержать попадание имевшей преимущество стихии, Хисато не собирался смирно стоять на месте и с неожиданной для такой большой фигуры прытью, уклонился в сторону и лишь с чуть меньшей скоростью рванул вслед за противницей, площадными дальнобойными атаками лишая возможность для свободного маневрирования.
Стоило только ему оказаться в зоне досягаемости и сокрушительные удары заставляли куноичи проявлять чудеса изворотливости, чтобы не только не оказаться сбитой на пол при выставлении прямого блока, но и не нанизаться на иголки, выскакивавшие из самых неожиданных мест бронированного гиганта, не позволяя в полной мере использовать разницу в размерах и ловкости. Ближний бой медленно и верно складывался не в её пользу с получением каждой новой царапины. Более серьёзных ран куноичи получалось избегать.
Несмотря на изначально взятый высокий темп, схватка только продолжала ускоряться и вскоре по обширному пространству полигона метались две размытые для взгляда обычного человека фигуры, а звуки ударов металла о кость слились в череду непрерывных тресков, время от времени сменяясь гулкими «бум», что заставляли помещение сотрясаться, несмотря на укрепление печатями. Одним полом геометрия схватки не ограничивалась — ниндзя свободно взмывали на вертикальные поверхности, пробегали по потолку и скидывали противника вниз, чтобы затем приземлиться сверху в сокрушительных ударах и продолжить метаться от стены к стене.
Видя бесполезность прямых физических атак и отличную защищенность единственного уязвимого места в шлеме брони, не имевшей ни единого сочленения, Амеюри всё чаще переходила на атаки райтоном, используя в качестве медиума собственные мечи, весьма напомнив манерой боя самураев, разве что подойдя к делу более креативно — на одном голом контроле с лезвий срывались дожди искр, вырастали кнуты и били потоки молний. Тут уже Кагуя приходилось беречься, выращивая толстые щиты и подставляя под удары, либо уходя в сторону. От пропущенных ударов, на броне оставались отчетливые следы подпалин и запах жжённой кости становился всё гуще.