На этот раз шквал выкриков, аналогичных нашему «ура», и хлопков в ладоши был значительно более сильным и гораздо искренней, но снова смолк по сигналу глашатаев.

— А сейчас мы предоставим слово последнему принцу крови Тохарской империи — Шаумо Аденизу!

И старший сын императора пригласил на трибуну толстяка с красной косой, сидевшего на недоразумении вместо трона.

Тот встал и занял место китайца.

И тут я обратил внимание ещё вот на что.

Если у каждой из приглашённых делегаций висел свой флаг в нужном секторе, то племянник последнего тохарского императора просто находился как собачка у трона китайского императора. Ни родины, ни флага, ничего. Только куча золота на пальцах и шее и самомнение, идущее впереди него. Одним словом, он мне совсем не нравился. Откровенная тварь.

Глядя на него, я чувствовал, как во мне тихо крепнет ощущение, что нужно быстрее всё решать. И этого племянника — тоже.

Шаумо перед тем, как начать говорить, важно прокашлялся. В этот момент представители двух иностранных делегаций начали потихоньку свистеть, улюлюкать и выдавать что-то вроде: «Фу! фу!».

Никто из присутствующих не понимал, что происходит. Китайский принц тоже начал оглядываться по сторонам, не понимая, почему вдруг такая реакция, и по какой причине она идёт со стороны международного сообщества.

Громче всех, понятное дело, улюлюкали и кричали мои друзья.

Но Шаумо делал вид, что не замечает этого, и принялся высокомерно вещать:

— Мой царственный собрат сказал здесь, что Тохарская империя пала, но это не так. Тохарская империя жива, пока есть я — её последний легитимный правитель и её народ. Отмечу, что тохары своим огнём, кровью и жизнью спасли весь остальной цивилизованный мир от демонов. Стали, можно сказать, живым заслоном на пути врага. И заслуга вашей сытой, безопасной, можно сказать, жирной жизни — это именно тохары, которые стоят на рубежах до сих пор, которые воюют на Стене с демонами!

Тут он покосился на китайца, вытер пот со лба, но всё же продолжил:

— Всё-таки тохары живы: до сих пор частью расселены по Китайской империи, несут свой воинский долг; частично расселены в других империях тоже — и там продолжают жить. Поэтому я с гордостью и надеждой в сердце уповаю на то, что Тохарская империя всё ещё жива и что, возможно, когда-нибудь мы сможем обрести заново свои земли. И вот тогда истинный огонь тохаров возродится!

Молодой китайский принц смотрел на Шаумо с лицом, которое явно выражало примерно следующее: «Ты что несёшь, придурок?»

Я сидел, едва сдерживая себя, чтобы не расхохотаться.