Самое обидное, что мир в целом ушёл дальше. Я перерыл сеть и газетные издания: пластиковые карты на планете существуют, банки за пределами Валентии их выпускают, и технология давно не тайна. Но у нас законы диктуют корпораты, банкиры сидят у них на коротком поводке, и шевелиться в сторону удобства простого человека никто не собирается. Зачем, если деньги и так текут куда положено.

Чем дольше я смотрел на эту картину, тем настойчивее в голове крутилась одна мысль. Купить банк. Небольшой, с лицензией и парой отделений, завести его в Фавору и выпустить карты, пластиковые или хотя бы виртуальные, привязанные к счёту в Виде. Тогда весь этот зоопарк с кассами и инкассацией схлопнется до одного нажатия. Идея тянула за собой десяток вопросов, от цены вопроса до реакции отца, поэтому я не стал рубить сплеча, а открыл ежедневник и вписал в конец списка новую строку: узнать, почём нынче небольшие банки.

Радоваться удачной мысли пришлось недолго. Стоило покрутить банковскую идею подольше, и наружу полезли проблемы посерьёзнее цены вопроса. Я откинулся в кресле, слушая, как за стеной остывает и потрескивает уснувший завод, и принялся раскладывать их по полочкам.

Сама покупка банка ещё полдела. Лицензия и пара отделений ничего не решают: выпуск карт, расчёты между банками, правила приёма платежей, всё это в Валентии прописано законами эпохи гужевого транспорта, и чтобы пластик заработал в полную силу, законы придётся менять. А законы здесь меняет парламент.

Про местный парламент я к этому времени начитался достаточно, чтобы растерять остатки иллюзий. На бумаге депутаты представляют граждан. На деле за каждым стоит корпорация, а то и две, оплачивающие его лояльность, и любой законопроект проходит ровно настолько, насколько он выгоден спонсорам, а не избирателям.

Больше всего это напоминает гонки из прошлой жизни. У каждого гонщика свои спонсоры, и болид обклеен их эмблемами от носа до антикрыла. Здесь болид заменяет трибуна, но суть не меняется, и я бы дорого дал, чтобы депутаты выходили на заседания в футболках, увешанных логотипами хозяев. Страна сэкономила бы уйму времени на догадках, кто чью поправку топит и по чьему заказу.

Вывод напрашивался простой и неприятный. Хочешь переписывать правила, полезай во власть, заводи собственных людей на трибуне и учись играть там, где ставки измеряются не миллионами, а фамилиями. И вот на этой мысли я честно притормозил.

Пока что я хожу в малом бизнесе, пусть и дерзком. Палки колеся вставляет мне один-единственный корпорат, родной отец, и тот работает вполсилы, на изматывание, без залпов на поражение. Я и с ним разбираюсь с переменным успехом, то отыгрывая раунд, то отдавая. А в большой политике плавают акулы покрупнее Тайрона, целые стаи, и совать голову в этот водоём стоит, лишь отрастив собственные зубы. Мне же до водоёма как до луны: я барахтаюсь даже не в игрушечном бассейне, а в луже у подъезда.