Минимальный — это если сравнивать с нормальным офисом. На полу всё ещё оставались потёртости, некоторые двери закрывались только после сильного толчка, а в коридорах периодически пахло штукатуркой. Но здесь уже можно было работать.

На старте я больше всего боялся за крышу.

Созвать полноценную комиссию и провести тщательную оценку приобретения времени не было. Да и, честно говоря, в первую очередь меня интересовала земля, коммуникации и возможность быстро развернуть производство. Само здание я воспринимал скорее как приятное приложение.

Но в любом случае нам всем повезло.

Крыша не текла, перекрытия выдерживали, стены не собирались складываться нам на головы. Для заброшенного завода, который много лет медленно умирал на окраине города, результат почти выдающийся.

— Крыша видела, как по этой земле ходит Дева Спасительница, но держится, — отрапортовала Ева.

Она стояла рядом, задрав голову и прикрыв глаза ладонью от солнца. Рыжие волосы трепал ветер, а узкая юбка совершенно не подходила для прогулок по территории бывшего промышленного предприятия. Впрочем, Ева и среди бетонных плит, ржавых труб и рабочих в промасленных комбинезонах умудрялась выглядеть так, будто случайно сошла со страницы дорогого журнала.

— В наше время не у всех так.

Рыжая посмотрела на меня с уважением.

— А вы всё-таки умеете разговаривать как человек.

— Видимо, это заразно, — посетовал я.

Старые вывески и название самого завода сняли. От прежнего владельца остались лишь более светлые пятна на бетоне да несколько ржавых креплений.

Я из озорства заказал огромный логотип Vida и поручил рабочим повесить его на фронтоне главного здания.

Трудяги облепили крышу, как муравьи. Кто-то закреплял страховочные тросы, кто-то подавал инструменты, двое мужчин снизу управляли подъёмником. Огромные буквы медленно поднялись над землёй, качнулись на ветру и поползли к фасаду.

Рабочие закрепили вывеску, подключили, проверили, как она светится, а затем настроили время работы.

Белые буквы вспыхнули даже при дневном свете. На мгновение над старым заводом возникло ощущение чего-то нового.

Теперь, когда на город опустится ночь, Вида будет сиять, как маяк в ненастную погоду. Вывеску можно будет увидеть с дороги, из ближайших кварталов и, возможно, даже из офиса Периодики.

— Красивенько, — оценила Ева. — Чем-то напоминает те неоновые вывески у стрип-клубов. Мне такое не нравится.

— Что так? — возмутился я, ведь дизайн выбирал лично. — Замучили воспоминания с прошлого места работы?

— Что-то типа того, — отмахнулась помощница.

Она произнесла это слишком спокойно, чтобы я поверил хотя бы одному слову.