Но даже так покупка ста двадцати автомобилей вылетит в копеечку. На деле конечно выйдет меньше, но считаем по максимуму.

Шесть городов, сто двадцать водителей, восемнадцать миллионов песо.

И это без учёта фирменной оклейки, формы, страховки, запасных деталей и приведения гаражей в нормальный вид. Ещё понадобятся диспетчеры, механики, компьютеры и связь.

В день Вида за вычетом налога в десять процентов получает чуть больше пяти миллионов. Цифра звучала внушительно. Настолько внушительно, что любой посторонний решил бы, будто я каждый вечер купаюсь в деньгах.

Но с учётом трат и постоянного роста этих денег я попросту не вижу.

Только наблюдаю, как Ева и Мария подписывают бесконечные счета на оплату.

Серверы. Электричество. Зарплаты. Производство. Реклама. Материалы. Доставка. Новые помещения. Охрана. Лицензии. Каждая новая возможность требовала ещё больше вложений, а каждый вложенный песо создавал две новые статьи расходов.

Профициту просто неоткуда взяться.

И всё по воле одного вредного старика.

Может, плюнуть на всё и рассказать миру об истинном владельце Виды?

Последнее время эти мысли посещали меня всё чаще.

Раньше было больше сдерживающих факторов.

Дерьмовая репутация Виктора и акульи аппетиты Тайрона — две вещи, которые нельзя совмещать в одном предложении.

Восемнадцать лет Виктор вёл себя как полный кретин. Пил, устраивал скандалы, транжирил деньги и давал газетам поводы для новых заголовков. Но тут неожиданно становится владельцем потенциально крупнейшего бизнеса в Валентии.

Кто в это поверит?

Отец, конечно же, сделает всё, чтобы оттеснить меня от управления. И дело даже не в жадности. Я бы и сам ничего серьёзного прежнему Виктору не доверил.

Это был самый слабый аргумент.

Имелись и посильнее.

Позволять расти детищу, которое однажды сожрёт твою империю… Кто такое допустит?

Вида отбирала внимание у газет, рекламодателей — у издательств, новости — у журналистов. Сегодня это выглядело как неприятная заноза. Через несколько лет могло превратиться в смертельную угрозу всему, что Тайрон строил десятилетиями.

Узнай он, что я владею Видой, — попытается надавить.

Но он давит и сейчас, так чего же ждать?

Я сделал глоток кофе и поморщился от горечи.

Стоило обдумать это.

Серьёзно обдумать.

Сейчас Тайрон изменился. Почувствовал силу интернета и начал сам строить будущего убийцу газетного и издательского бизнеса.

И преуспевает в этом.

Семвик уже перешагнул за миллион пользователей. Отец бросил в него журналистов, рекламу, деньги и всю мощь собственной медийной машины. Он не просто копировал Виду — он постепенно учился понимать, что именно держит людей в социальной сети.