— Итак, господин Партнамеш, я вас слушаю, — ровно произнес я.

— Вы меня слушаете? — вскинул брови он. — Я думал, это я приехал выслушать ваши предложения.

Вроде, сама по себе фраза была не такой уж наглой, но надо было видеть его позу, выражение лица и презрительный взгляд. Он откровенно насмехался, и почему-то считал, что он в своем праве.

Что ему придало смелости, интересно?

Когда он звонил мне и просил о переговорах, у него был совершенно иной настрой.

Он мне еще и за внука должен вообще-то. И в телефонном разговоре сам благодарил за то, что мы оставили парня в живых при проведении операции.

Забыл или это банальная провокация? Как ни крути, возраст моего здешнего тела нередко толкает людей на глупости. Хоть я и выгляжу лет на двадцать, а не на паспортные шестнадцать, но это все равно юнец для подавляющего большинства глав родов и кланов.

— Мои предложения? — показательно удивленно переспросил я. — Не я просил вас о переговорах.

— И тем не менее, они вам нужны, — ухмыльнулся он.

— Вы забываетесь, господин Партнамеш, — холодно ответил я. — Мне не обязательно договариваться с вами. Повод для объявления войны вы дали более чем достаточный.

— Думаете, император позволит вам это? — высокомерно усмехнулся он.

Это он на свои связи с ИСБ намекает. Глупо, как по мне.

Уничтожить его род полностью я не смогу, скорее всего, но опустить их на самое дно — легко.

— С Каспадиа позволил, — хмыкнул я. — А вы чем лучше? Или вы считаете себя незаменимыми?

Партнамеш осекся и замер. Неужели правда не соотнес две ситуации? Каспадиа ведь совсем недавно разгромили, и трех месяцев с тех пор не прошло.

— К тому же, скажу вам честно, — продолжил я, — именно сейчас мне очень даже не помешала бы показательная расправа над кем-нибудь. И вы вполне подойдете на эту роль.

Партнамеш нахмурился.

Он прекрасно знал цену показательным акциям, и не мог не понимать, что я не шучу. Слишком многие так или иначе должны были попробовать на зуб мой быстро развивающийся клан, и осадить их действительно имеет смысл. Короткая победоносная война с не самым слабым противником — идеальный вариант.

Особенно когда противник сам так откровенно подставился с этими диверсиями.

И чтобы эта показательная расправа имела смысл, раскатать род Партнамеш мне нужно чуть ли не в ноль.

Не факт, что он это осознает, кстати, но я не гордый, я поясню.

— И если вы все-таки решитесь на войну со мной, имейте в виду, — добавил я. — Каспадиа я пощадил. А ваш род я оставлю нищим. Впрочем, конкретно вы эту войну не переживете, это я вам обещаю.

Партнамеш колебался.