— Подожде те, — холодно бросил я через плечо и скрылся за дверью.

Пока я мылся, все пытался взять себя в руки.

Первым порывом было выкинуть этого красавца из рода. Умом я понимал, что проверять на прочность наследника-подростка будут еще не раз, но на ощущениях это ничего не меняло. Меня всегда бесили такие люди.

А с этим конкретным типом было еще и ощущение, что это не просто проверка, он по жизни такой. И даже если его наглость была обоснована его высоким профессионализмом, мы с ним не сработаемся все равно. Я такое рядом с собой терпеть не буду.

Попытаться приструнить его и получить в ответ тихий саботаж со стороны собственной разведки? Так себе идея. Договориться о каком-то нейтральном уровне общения? Так у нас изначально разный статус, который подобных переговоров в принципе не предполагает. Во всяком случае, с таким началом с его стороны.

Как он вообще в слуги попал, интересно? А он — точно слуга рода, не бывает на таких должностях чужих людей.

Я так смотрю, статус аристократа сам по себе для него ничего не стоит, а больше мне пока нечего ему продемонстрировать. Да и надо ли? Зачем мне эта вечно взведенная мина под боком? Если он не готов подчиняться добровольно, то рано или поздно мне это аукнется.

Снимать его с должности, похоже, придется в любом случае.

Заодно и разведку отдам Марне, пожалуй. Слишком мало людей у меня сейчас, чтобы распылять силы.

Когда я вышел из душа, Садахар вновь сидел в том же кресле и снова пил кофе. Из обеденной зоны доносились вкусные запахи.

Что ж, моя очередь проверять этого типа.

Я обошел обеденный стол и заглянул в кастрюлю, из которой так заманчиво пахло. Хм, это бириани. Хороший выбор, одобряю.

Взяв чистую тарелку, я положил себе порцию местного плова, потом сделал кофе и уселся с тарелкой и кружкой в свободное кресло, демонстративно не замечая Садахара. Тот молча сверлил меня взглядом.

Когда я приступил к еде он, наконец, не выдержал:

— Шахар, у меня действительно мало времени.

— А я есть хочу, — бросил я и поднял на него тяжелый взгляд. — Считаешь, имеешь право ставить свои желания выше моих?

— Это не желания, это необходимость, — раздраженно рыкнул Садахар. — Поесть можно и через полчаса, ничего это не изменит.

— Ты мне указывать будешь? — удивился я.

Реально удивился. Любой наглости есть предел, и когда слуга всерьез считает, что может командовать аристократом, это какой-то сюр.

Садахар молча смотрел мне в глаза.

— Марна! — позвал я, не отводя взгляда.

— Да, господин, — она оказалась рядом почти мгновенно.

— Садахар Биджау освобожден от должности главы разведки рода, — сообщил я.