Отсчет на экране закончился, и откуда-то из глубин выходящих на арену тоннелей послышался чудовищный рёв. Теперь выход будет закрыт до тех пор, пока не сдохнет последний враг… Или же рейдер, тут уж как повезет.
Глава 13
«Велеса». Имперское военное училище.
Вечер субботы накрыл кампус ИВУ теплой, шумной волной. Центральный плац изобиловал кострами, где на специальных треногах стояли длинные вертела. Нанизанное на них мясо аппетитно шкворчало, разнося по округе божественные ароматы. Всё это, включая напитки, — за счет училища. Подходи, бери в специальной палатке, но готовить изволь сам. Впрочем, это было не правило, а возможность.
Там вдалеке, за импровизированными жаровнями, вместо благородных студиозусов готовкой — не барским делом — занимались их слуги. А особо щепетильные, неприемлющие «грязное» обжорство в антисанитарных условиях, предпочитали открытые веранды «Серебряного павильона».
Однако здесь, поблизости от здания театрального кружка, собрались свои. Особая, домашняя атмосфера — живая, доносящаяся с летней сцены музыка: звенящие струны, гудящие дудки и отбивающие ритм барабаны. Смешиваясь с гомоном голосов и задорным полупьяным смехом, они заставляли вибрировать воздух на языке счастья. Хорошо! Так, как давно уже не бывало. Ни забот, ни хлопот — только стаканчик с крепким фруктовым пуншем и завернутый в тонкую лепешку кусочек нежного, тающего во рту мяса.
Алекс стоял, привалившись плечом к колонне, а рядом, опершись спинами на старинный каменный парапет, сидели Тео и Марк. Ребята налегали на баранину, передавая друг другу плоскую флягу, из которой сочился крепкий, сладковатый аромат — тот самый «Калипсский» ром. Мягкая и одновременно обжигающая жидкость заставила Бёрна быстро захмелеть, и тот, во избежание эксцессов в будущем, предпочел ограничиться более легкой выпивкой.
— … и вот он плывет, понимаешь? — жестикулируя флягой, Марк едва не разлил драгоценный напиток. — На спине, прямо по главному каналу! В чем мать родила! Песни горланит! А ректор как раз гостей из имперской канцелярии водит. Сам граф Бремо училище инспектировал…
Тео залился звонким смехом.
— Быть не может! Седрик? Вот бы на кого не подумал! А-ха-ха! С его-то постной рожей?
— Майк говорит, в те времена рожа у него была — дай бог! Два меня наберется… — продолжал травить байку О’Доннелл.
— Ой, не могу! Ахаха. И че, ректор?
— Кремень! Лицо словно из камня вытесано. Поворачивается такой и говорит графу на полном серьезе, мол, перед вами не что иное, как живое воплощение исследовательского задора, завещанного нам основателями ИВУ.