«Ну и ладно. Но объявить войну членам фракции одного из царевичей — важный и ответственный шаг. Так что можно сказать, я прав. Со вступлением в гонку».
Я поставил ему большой палец под этой записью вместо ответа и, выйдя на улицу, подбежал к мойдодыру, умыть лицо.
Вновь пиликнул телефон. ПЕВГ не унимался:
«Кстати, матушка Елена и Димасик куда-то запропастились. А трупов на пепелище не нашли».
«Ясно», — отписался я, не став демонстрировать, что я в курсе судьбы этой парочки. Раз Михаил решил пока не афишировать смерть матери, значит, и Максим Белозеров знать об этом не может.
А ПЕВГ так и не мог успокоиться:
«Вот сейчас думаю, если бы мне пришлось им эпитафию составлять, чего б я написал? Про Диму, что-то вроде: 'Жил с жаром, умер с пожаром»? А про матушку Елену? Хм… Что-нибудь простое и ёмкое, в духе: «Огонь-баба?»
«Слушай, а он хорош!!!» — восхищённо выдала Фая, когда я прочёл сообщение от ПЕВГа.
Сам же я, уже направляясь в беседку, написал:
«Гляжу ты не очень-то переживаешь из-за возможной смерти родственников».
Ответ пришёл довольно быстро:
«Эти две сучки убили мою мать. Полагаю, могли быть причастны и к тому, что твоя не пережила роды Глеба. Не говоря уже о той весёлой жизни, что они нам устраивали. Так что нет. Не переживаю. Хотя если бы матушка Арина вместо матушки Елены стала б огонь-бабой, я бы порадовался ещё больше. А что насчёт Димы… Ну… люди вырастают мудаками. Грустно это. Ну что поделать? Ладно, удачи тебе, братишка. На тебя у меня одна надежда».
И что бы это могло знать?
«А чего бы могло значить? — хмыкнула Фая. — Ты ж сам решил, что этот твой ПЕВГ в короли не подходит. Вот ПЕВГ это и сам понимает. Молодец! Умник»
Попрощавшись с «братом» я быстрым шагом направился к красивой беседке, выполненной из толстых кедров в классическом стиле. Её поставили как раз для подобных случаев — чтобы было где принимать высокородных гостей.
Царевич и трое ребят из его пятёрки уже ждали меня, попивая чай. Умиротворённым Влад не выглядел и вскочил на ноги, едва заметив меня.
Глава 17
— Приветствую тебя, Брат, — серьёзным тоном проговорил Владислав и крепко пожал мою ладонь.
— Здорова, граф! — помахал громадной ковшеобразной ручищей бугай Болемир. Вслед за ним поздоровались и остальные двое — худощавый длинный Виктор и смуглянка Юлия.
— Ваше Высочество, ребята! — ответил я гостям.
— Давай уже по имени, — скривился Влад и указал на мою же скамейку. — Садись. Разбудили тебя после трудов ратных. Позавтракай хоть. Потом поговорим.
На столе уже стояли блины с оладьями, икорка, творожный сыр, плошки с мёдом да вареньем и самовар. Ну и, конечно же, чашечка утреннего кофе специально для меня — выучили служанки предпочтения своего графа.