— Если, конечно, наша повозка после встречи с деревом заведётся.
— Ха! Куда ж она денется! — громко проговорила Кристи, а затем с вызовом в голосе добавила: — И вообще, я здесь. А я способна завести что угодно!
— И кого угодно, — тихо проговорил я, любуясь своей фигуристой автомеханицей.
Глава 20
Трофеи с группы Зябликова собрали люди Пожарской, оперативно приехавшие на место и оцепившие его. Пожарские теперь официально мои вассалы, так что уже их вассалы вполне могут представлять мои интересы на законных основаниях. Ну и с власть имущими тоже беседовать от моего имени.
Собственно, от гвардейцев Пожарской и пришло занимательное сообщение. Во-первых, ребята внимательно осмотрели тела врагов и пришли к выводу, что сражались сегодня я, Фая и Кристи с Серёгой не только против гвардии Зябликовых под командованием главы этого рода. Были там и люди из других родов, представлявших фракцию Дмитрия тут в Новосибирске. Эдакая сборная солянка, лишившаяся головы и спешившая спасти всё, что осталось, захватив меня в плен и принудив к переговорам.
Или убив меня и обезглавив уже мой род.
Но теперь, полагаю, в Новосибирске уже реально не наберётся ни одного серьёзного сборного отряда сил бывшей фракции Дмитрия. Лишь группки, пытающие защитить то, что ещё имеют, у которых нет возможности вылезти со своей территории и пойти в контратаку.
Ну а вторая новость от людей Пожарской пришла чуть позже, когда полицейские прибыли на место битвы.
И вопреки ожиданиям полицейские не стали ставить нам палки в колёса. Напротив, предлагали помочь собрать трофеи.
А ещё командир этой группы полицейских непрозрачно намекнул, что защищает не только интересы Новосибирской губернии и её жителей, но и Новосибирского губернатора и его рода. Иными словами — слуга Булатовых.
Что это значит? Булатовы хотят наладить со мной отношения?
Очень любопытно.
Об этом я размышлял, когда сидел в укромном местечке своего имения и наблюдал как Фая, в своей самой крупной на данный момент форме (когда размах её крыльев достигает десяти метров) высиживает драконье яйцо.
Притом она ещё и Юрца в этот момент жизни учила. Жук, тоже подросший и теперь выросший в диаметре сантиметров до семидесяти, сидел перед яйцом и внимательно смотрел на свою приёмную мамку. Вот уже минут пять мои звери играли в гляделки.
После чего Юрец открыл микропортал и исчез.
Фая закатила глаза и тяжело вздохнула.
— Ну что там опять? — усмехнулся я. Несмотря на то что жук вырос и стал сильнее, по-человечески он до сих пор понимает очень поверхностно. Хуже собаки, право слово! Вот и общается дракониха с ним, вместо меня, на каком-то зверином языке.