— Да мне побольше некоторых известно! — Не сдавался Иваныч, глубоко затягиваясь сигаретой. — Сама бабка рассказывала…

Я не стал дослушивать их дружескую «пикировку»: похоже, что такое состояние для двух друзей-приятелей — нормальный процесс общения. Я залез обратно в машину, только уже на заднее сидение, и мгновенно вырубился. Впечатлений после первого дня моей новой жизни хватало с лихвой. Вот мозг и не выдержал. Да еще и гребаный марафет…

Когда открыл глаза в следующий раз, то подумал, что еще не проснулся, продолжая находиться в сладком царстве морфея. На меня сверху вниз, находясь немного в тени, печально и, вместе с тем, укоризненно смотрел мой самый верный и преданный Алёха[8] — таджик Махмуд по кличке Али-Баба. Тот самый, которого я перед самой своей смертью успел отослать подальше с союзным общаком, чтобы «золотая касса» братвы не попала в загребущие руки развенчанного мною же законника Вити Бульдозера. Как же называлась та дыра, в которую я его «сослал» и так вышло, что на вечное поселение? Ведь, похоже, что он моего распоряжение так и не дождался. И приемника я себе не оставил, чтобы казну воровскую чин по чину передать. А вот интересно, на сколько Махмудки хватило? На пять лет? На десять? Ведь я ему тогда в запале по телефону брякнул: «жди, пока не сдохнешь!» А ведь он, реально — двадцать на два[9], и ослушаться меня вряд ли посмел. Только на какое время ему этой преданности хватило? Да и жив ли он теперь? Он и тогда уже не молод был… Помер, наверное. И ко мне во сне мертвым явился. Да, кстати, вспомнил, как та дыра называлась, где Али-Баба с общаком заховаться должен был — поселок Советский.

Лицо Махмуда, нависшее надо мной, все никак не пропадало. Он слегка пошевелился, выйдя из тени, и я с недоумением понял, что таджик стар. Его раскосое «улыбающееся» лицо, было вовсю расчерчено сеткой глубоких морщин, превративших его физиономию в этакое подобие печеного яблока. Но это был точно он — Али-Баба, уж кого-кого, а его бы я узнал в любом возрасте. Слишком многое связывало нас в той жизни. Вот только зачем он пришел ко мне во сне? Неужели про общак что-то хочет сообщить?

— Чё хотел, Али-Баба? — тихо спросил я таджика, боясь потерять во сне контакт с мертвецом.

— Совсем оборзел, щенок? — недовольно рыкнул старикан, отвешивая мне тяжелую затрещину.

[1]Шпора — игла для нанесения татуировок (тюремн. жаргон).

[2]Мазута — краска для нанесения татуировок (тюремн. жаргон).

[3] «Калина Красная» — советский полнометражный фильм. Реж. В. Шукшин. К/с — «Мосфильм», 1973 г.