[4] Баян — шприц (тюремный жаргон).
[5] Ширяльщик — наркоман (тюремный жаргон).
[6] Пан — наркотик высшего качества (тюремный жаргон).
[7] Сеанс — инъекция наркотика (тюремный жаргон).
[8] Су́чья война́ — жестокая борьба между группами заключённых, осуждённых за уголовные преступления, происходившая в Исправительно-трудовых учреждениях в 1946—1956 годах. В конфликте участвовали с одной стороны так называемые «суки» — осуждённые, терпимо относившиеся к администрации исправительного учреждения и пожелавшие «встать на путь исправления», а с другой — «воры в законе», исповедовавшие старые правила, которые отрицали любое сотрудничество с органами власти. Впоследствии «сучья война» переросла в борьбу «законных» воров, то есть придерживающихся «классических» блатных правил, и воров, добровольно или по принуждению отказавшихся от их исполнения и, соответственно, примкнувших к «сукам». Бывшие уголовники-фронтовики, вернувшись с войны, на воле снова занялись своей привычной преступной деятельностью (грабежами, убийствами, воровством и т.д.), их, естественно, стали ловить и отправлять в лагеря. Среди них были и бывшие воры в законе, причём достаточно «авторитетные» до войны. Однако воры в законе, придерживавшиеся старых блатных «понятий» и не попавшие на фронт, отказывались признавать авторитет уголовников-фронтовиков. Тогда фронтовики — бывшие воры в законе, чтобы вернуть себе потерянный статус и власть на зоне, предложили сотрудничество администрации, под предлогом наведения порядка на зоне и искоренения «блатных» и якобы для улучшения производственных показателей
[9] Красная зона (правят суки ) — ИУ, где преобладает позитивно настроенная часть заключенных-активистов, сотрудничающая с тюремной (лагерной) администрацией.
Глава 15
Оставив мужа во дворе, разбираться с нежданно-негаданно появившейся проблемой в виде остывающего трупа какого-то отмороженного на всю голову уркагана, Катерина вернулась в помещение придорожного кафе. Её немного подтряхивало — давненько уже в их «сонном царстве» не происходило ничего подобного. И, слава Богу, что никто из мужиков не пострадал — тогда бы скрыть следы жестокого столкновения было бы на порядок тяжелее. А ведь были времена, когда они вели едва ли не настоящую войну с теневыми боссами лесопромышленного бизнеса — браконьерски вырубающими окружающие леса и вгоняющими в настоящую нищету законопослушных граждан из маленького захолустного поселка.
Ведь после перестройки единственным достойным заработком в Нахаловке могли послужить только лесозаготовки. Но «лесная мафия», действуя нагло и нахраписто, напрочь лишила простых жителей поселка последних средств к существованию — просто оттерев бандитскими способами местных жителей от прибыльного бизнеса. Из тех, кто пытался сопротивляться, кому пригрозили, а кого просто убрали — пропал в лесу человек… Сколько их таких в лесу пропадает? Но с потерей рабочих мест в поселке стало совсем худо — хоть ложись на печку и протягивай ножки. А жить очень хотелось. И, именно жить, а не выживать. Спокойно, с железной уверенностью в светлый завтрашний день. Вот и пришлось взяться за оружие… Поневоле…