— Никто ничего больше не заначил? — Стас обвел подозрительным взглядом своих подельников. — А то знаю я вас, ушлые — только отвернись!

— Стасян, — оскорбленный недоверием босса, обиженно протянул Ерш, — мы ж не крюсюки какие, чтобы у своих!

— А у чужих — сам Бог велел! — весомо добавил Серго.

— Ладно-ладно, поверю, — довольно произнес Колыванов, — чё еще было, кроме «рыжья»?

Карась достал из кармана и положил на стол сотовый телефон и пластиковую карточку в бумажном конвертике:

— У одного мобила… была… неплохая… А у второго — вот эта карта.

Стас взял в руки ковертик с картой.

— Отель «Гранд», — прочитал он на конверте. — Карта гостя.

— Это на Советской, у пруда, — сообщил Серго. — Зачетная лазейка[4], я там с телками как-то зависал…

— Это, Стас, по ходу, они в «Гранде», тормознулись, — допетрил Ерш. — Как Колямба и тер — залетные терпилы! У него на них глаз набитый…

— У них номер еще на три дня проплачен, — изучив карточку, сообщил Стас. — Надо бы там покопаться…

— Думаешь, че-нить еще есть? — произнес Серго.

— Ну, если они в карманах такое таскали… — усмехнулся бывший борец.

— Не-е, — мотнул головой Серго, — думаю, они все с собой таскали — в отеле-то всяко стырить могут.

Стас взглянул на подручного и качнул головой:

— Но посмотреть, все-таки, не помешает. Мало-ли?

— Мля, да там камеры на каждом углу! — выругался чернявый уголовник. — Попалимся!

— А мы не буром попрем, а по-умному — мы там номер на ночь снимем. Желательно рядом…

Ерш взял со стола мобильник.

— А мобилу выбрось, — заявил Стас, — приметная она.

Дверь в кабинет распахнулась и к кредиторам ворвался Собакин:

— Сука! — нервно произнес он. — Вернулись, наконец! Че так долго в этот раз?

— Так, проблемы небольшие возникли… — Уклонился от прямого ответа Колыванов.

Собакин подошел к столу и плюхнулся в одно из кресел, после чего недовольно «повел носом»:

— Не пойму, каким дерьмом несет?

Ерш делано пожал плечами:

— Не знаю, я не чувствую…

— Да, не-е-е — точно несет! — настаивал Толик, но заметив на столе кучку драгоценностей, сразу забыл о неприятном запахе. — Нихренассе хабарок! — Протянув руку, он принялся ковыряться в золоте. — А че я говорил, пацаны? А? У меня глаз-алмаз! Правда, не ожидал, что выхлоп настолько жирным окажется… Че за проблемы-то? — наконец вспомнил он. — Терпилы в ментовку не побегут?

— Они уже никуда не побегут, — как бы между делом произнес главкредитор.

— Мля! — Рука Собакина на секунду замерла в куче «добра». — Так вот откуда запах! Свалкой городской несет! — Срастил он хер с носом. — Неужели «по-хорошему» нельзя было?