Прежде, чем я успеваю подбежать к центру поляны, шар из магии Хоук лопается, и на землю падает… одежда Мелиссы. Без малейших признаков тела. А потом рядом со мной на траву плашмя падает Хоук. Мгновение — и отделившаяся от неё багровая дымка превращается в довольную Мел-тян. Абсолютно голую, конечно же. Вот и тот самый «левел-ап», ради которого моя школьная подруга пожертвовала человеческим обликом.
— С ней все в порядке, я дала ей притормозить в воздухе, — комментирует вампирша.
Мы с подскочившей синтей вместе падаем на колени над поверженной героиней. Я краем глаза замечаю, как морщится моя девушка, и даже понимаю, почему: сотни совершенных датчиков все же не могут полностью собою подменить систему медицинского воздействия, встроенную в тела синтетов. Но Птица дышит, пульс есть… и взгляд на глазах снова становится осмысленным. Лечит не нужно.
— Заметь, на ней — ни царапинки, как ты и просил, Йоширо-кун, — голос Мел-тян заставляет меня повернуть к ней голову… и увидеть пепельноволосую в весьма интересном ракурсе — она как раз принялась копаться в своих шмотках. Зрелище… завораживающее: девушка ничуть не смущается, явно нарочито давая себя рассмотреть со всех сторон, завораживающе-плавно распремляясь и разворачиваясь. Это все — в свете костров трех. — А посмотри, как она со мной обошлась.
Ничего не могу с собой поделать: заливаюсь краской до ушей, словно мне вновь шестнадцать, причем не только биологически. Уж слишком провокационно в мерцающем освещении выглядят изорванные девичьи трусики, предъявленные абсолютно голой красоткой.
Глава 29 без правок
Мне и Зэте пришлось помогать Хоук подняться с земли и дойти до костра — без опоры на чужие плечи колдунью изрядно шатало. И знобило — у костра она блаженно протянула руки к самому пламени.
— Проследи, чтобы съела как можно больше мяса, — тихо попросил я у старательно зарабатывающего косоглазие Оборотня. Что поделать, нормального мужика всегда будут привлекать манипуляции красивой девушки с собственной одеждой. Особенно если онауже разделась и теперь пытается аккуратно натянуть назад пострадавшие в драке вещички.
Да уж, Мелисса действительно не оставила ни царапины на противнице — но крови чужой явно позаимствовала: симптомы у Птицы налицо. Другое дело, скорее всего вампирша сделала это не специально: сомневаюсь, что на клановых тренировках вселение в чужое тело получалось отрабатывать часто. Даже могу поверить, что это если не первый, то второй такой опыт. Все же практикующую супергероиню достать отнюдь не просто — собственно, потому и пришлось выложить такой серьезный козырь для победы.