— Мы эту дыру проклятую никак не можем же заделать? — в опустившейся тишине спросил Оборотень. — Зачем она так поступила?! «Сдвиг» самым безобидным из всех нас был! Самым веселым и самым добрым!
— Надо полагать, дело в метке Хаоса, — Хоук сделал те же выводы, что и я. — Позвала к себе, чтобы серьезно откорректировать память. Подсуетилась, чтобы затереть то, что хаоситы смогли бы использовать как уязвимость, считав из головы своего потенциального эмиссара. Подстраховалась — она же сама практически на Прорыве верхом постоянно сидит.
— Ментальные практики штука очень тонкая, потому совсем уж все стереть не получилось бы — подвергшийся коррекции будет ощущать нелогичность и провал в памяти. И еще докопается до произошедшего самостоятельно. Но сомневаюсь, что Тим сохранил больше половины реальных воспоминаний о «коммандировке» в Тщаси. И о нас. Зато мы точно знаем, что Гея его не убила — иначе зачем столько усилий лишних?
— К нам летят, — Михаил, последние несколько минут к чему-то прислушивающийся, заставил всех оглянуться на него. — Вертушка или что-то такое. И целая стая дронов. Похоже, засекли открытие нового портала.
— Выходим на открытое место, садимся на землю на расстоянии друг от друга и не делаем лишних движений, — приказал я. — Уверен, после нашей пропажи тут все нервные, как бы кто гашетку не придавил на эмоциях.
Дом милый дом. И все-таки мы смогли вернуться.
Глава 47 без правок
<месяц спустя>
— Прежде всего хочу поблагодарить всех организаторов специальной конференции ООН, не просто предоставивших площадку для обсуждений и переговоров по важнейшей проблеме современности, но и выступивших рупором для миллиардов простых людей во всем мире. Произошедшее в Токийской аномальной зоне, а также в аномалиях по всему миру породило волну слухов и множественные разночтения в средствах массовой информации. Возможность лично и открыто высказаться непосредственным участникам инцидента здесь, в Женеве, так и возможность в прямом эфире задать самые волнующие вопросы — беспрецедентный в новейшей истории шаг…
Я беззвучно вздохнул, покосившись на рукава своей новенькой строгой но при этом очень гармонично-красивой синей парадной формы офицера вооруженных сил Объединенных Нацией. После того, как наш отряд вернулся из незапланированного рейда и передал информацию куда следует, прилагательное “миротворческий” куда-то оперативно исчезло из всех официальных документов. А может, я преувеличиваю нашу роль, и виноват на самом деле “пространственный шторм”, из-за которого мы и провалились прямиком в гости к Хаосу, Валору и Гее.