Кейт застыла в ужасе от его слов. Это было невозможно, это было хуже любых пыток, которые она могла вообразить. Она зажмурила глаза и беспомощно качнула головой. Потом его холодные, тяжелые губы оказались у ее губ, крепко обхватив рот, и она оттолкнула его за плечи, колотя кулаками, когда он не позволил ей вырваться. Она отчаянно мотала головой. «Нет, нет! Отпустите меня!» Но он, казалось, не слышал ее. «Кейт, миленькая Кейт! – говорил он, прижимаясь к ее груди через тонкую ткань платья. – Теперь иди ко мне, ты так же хочешь, как и я, ну конечно же, ты тоже хочешь.

– Убери от меня свои грязные лапы!» Она вырывалась, но в тисках его рук не могла даже пошевелиться, пока он срывал платье и шарил пальцами по ее обнаженной коже. Она укусила его и ощутила привкус крови.

– Ах, ты, маленькая сучка! – закричал он и ударил ее по лицу, целясь в челюсть. Ей показалось, что она теряет сознание от боли. Он посмотрел на нее сверху с такой отвратительной ухмылкой, какой ей еще не доводилось видеть.

– Ты похожа на Жизель даже больше, чем я предполагал. Она так же боролась со мной той ночью. Я позвал ее, чтобы потребовать от нее документы, ну, ты ведь понимаешь. Она оставила меня, и ты меня оставила, Кейт.

Он сдернул с нее нижнюю юбку, и Кейт плюнула ему в лицо.

– Так, так, Кейт. Мне нравятся женщины, которые сопротивляются, это меня возбуждает. И ты дашь мне то, что я так и не смог получить от Жизель из-за несвоевременного появления фон Фидлера.

Он расстегнул молнию, и она закрыла глаза в безмолвном ужасе. Руки его пробрались под тонкую материю, захватывая самые сокровенные участки тела, и она корчилась в его руках, пытаясь вырваться.

– Нет, о, Господи, нет! – пронзительно вскрикнула она и, неожиданно обретя силы, нанесла мучителю удар коленом в пах. Эрхардер заревел и согнулся от боли, внезапно посерев и скорчившись. Кейт в одно мгновение оказалась в другом конце комнаты, но споткнулась о поднос. Стаканы разбились, бутылка вина опрокинулась, и темно-красная жидкость лужей растеклась по полу, но она не заметила этого, неистово колотя в дверь, которая даже не шелохнулась. Слезы потекли по щекам, слепя ее. Но как по мановению волшебной палочки дверь приоткрылась, и там стоял Дэвид. Он ни секунды не колеблясь схватил ее руку и вытащил из комнаты, заперев за собой дверь.

– Скорее, Кейт, бежим! – Кейт застыла, колеблясь перед новой неизвестной опасностью. – Ну же! Я забираю тебя отсюда.

Он потащил ее вниз по лестнице. Кейт услышала голоса Шваба и Брехта, они небрежно переговаривались в комнате напротив, как будто рядом с ними ничего не происходило, но тут же Дэвид втолкнул ее в соседний коридор, затем повел через пустую кухню к заднему выходу, и только тут по дому разнесся рев Эрхардера, он кричал что-то по-немецки. Затем загрохотали ноги, помощники бежали вверх по лестнице. И в то же самое время передняя дверь внезапно распахнулась, и Кейт услышала дорогой, родной голос.