Усилие воли заставило на ощутить, что я вижу изображение с очков виртуальной реальности — и смежить веки. Травянистый склон пропал — а вот медленно вращающаяся синяя хрень осталась. И это явно был не сон — я же проснулся.
— Проверьте наводки на зрительный центр! — в пространство попросил я. — Вижу глюк.
— Входящие сигналы на эффекторные электроды отключены, — взамен шума травы под ветром мне включили интерком.
— А я все равно вижу синий вихрь… и он визуально становится больше, — предупредил я.
— Наводки на сенсорную группу быть не может, она полностью изолировала, — вмешался голос Дмитрия. — Кстати, ты сам проверял схему.
— Проверял, — согласился я. — Тогда вот что это такое?
— Опиши подробнее и отключаем тебя, — распорядился Казнцев, но его перебил один из сотрудников.
— Е-есть наводка! Появились и быстро усиливается!
— Внешнее питание лаборатории долой! — быстро отдал единственно верный приказ босс. — Замкнуть клетку Фарадея*!
Правильно, если наводка откуда-то и идет — то только по проводам питания. Изолировать объем…
— Наводка усиливается!!! — отчаянно и испуганно прокричал ассистент за пультом. — Она… словно изнутри идёт! Фиксирую множественные микротоки высокой частоты и на сенсорной, и на эффекторной части! Плотность модуляции сигналов зашкаливает! Словно кто-то информацию прямо из мозга качает!!!
В этот момент я уже перестал видить что-то кроме мельтешения синего водоворота. Но вот наконец-то мне удалось открыть глаза… и я не сразу понял, что вижу ставшую уже привычной лабу с иного ракурса. Словно не закреплен в специальном ложе, а будто парю над ним на высоте метра, а то полутора. И что интересно, на меня никто не смотрел, а взгляды коллег прилипли к чему-то подомной. Несколько секунд мне потребовалось, чтобы повернуть шею… и озадаченно уставится на занятый ложемент. Кстати, знакомое лицо… и прическа… где-то я их видел… совсем недавно?
— ЭЭГ фиксирует множественную диссипацию нервных связей, — почему-то очень хрипло подала со своего места голос женщина-нейрохирург, входящая в лабораторную команду.
— Что? — вскинулся Казанцев.
— Мозг Ярослава стремительно теряет индивидуальность, — словно сама не веря своим словам, проговорила врач. — Становится как у младенца… до рождения.
— Это поправимо?!
— Н-не знаю! Возможно, со временем, если…
Вспомнил! Я видел этого парня в зеркале. Это же… я?
Яркая белая вспышка заставила меня взглянуть наверх. Прямо из центра водоворота в меня бил белый луч, с каждым мгновением становящийся все шире… Ба, да это же тоннель! И меня в него… несет? Вспышка. Темнота.