Вот только во взводе его нет.
— Куда он делся? — спрашивает Райдо у дежурного. — Он был сегодня?
— Да, младший сержант. Его отпустили, потому что признали невиновным. Сейчас там стоит такая шумиха!.. Слыхал, ночью контрразведчиков взяли за мягкое место. Вы разве не из Дисциплинарного Корпуса? Неужели ничего не знаете?
— Смеёшься, — улыбается довольный Райдо. — Я лично приложил к этому руку.
Не зная, куда мог пойти друг, Умник решает наведаться к Зено, который всё ещё лежит в санитарной части, и по дороге встречает Торвальда.
— Братец! — Райдо накидывается на товарища.
Северянин осунулся и похудел. Выглядит понурым и усталым.
— Весна! — Торвальд крепко обнимает друга, хлопнув по хребту. — Спасибо тебе за всё, дружище. Я слышал, что это именно ты смог вывести этих ублюдков на чистую воду.
— Не бери в голову, для того и нужны товарищи! — сжимает кулаки Умник, заняв боевую стойку, будто уже бьёт Кантора по наглой физиономии. — Если бы не генерал, я бы лично разобрался с этими шакалами из контрразведки!
— Верю, — ухмыляется Торвальд. — Давай заглянем к Зено. Как он там?
— Конечно, давай. Как, как?.. Цел наш прохвост. Недавно только вернулся с разведывательной миссии. На теле нет живого места, но уже идёт на поправку. Пойдём, провожу тебя. Я уже был у него.
Товарища они находят в упоре лёжа. Уже не так сильно перебинтованный Зено выполняет отжимания. Увидев их, он поднимается.
— Торвальд! На свободе! — наследник клана Кровавого Моря радостно бросается и сгребает обоих в медвежьих объятиях. — Я ни на секунду не сомневался в вас!
— Представляешь, эти ублюдки специально подтасовывали улики. Они выдумали сказку про Тенеплётов и Кукловодов, вот только я не могу понять, для чего? — чешет в затылке Райдо.
— Придумали? — хмыкает Торвальд. — Никакая это не сказка. В наших рядах действительно есть трупоеды, просто контрразведка занимается совсем не тем. Одно дело — подброшенные улики, а совершенно другое — обезумевшие военные.
— Ты что-то знаешь? — Райдо и Зено внимательно смотрят на друга.
— Пока сидел в камере, слышал многое, да и видел тоже.
Торвальд переводит дух, собираясь с мыслями. В его глазах мелькает тень страха и боли. Он явно пережил нечто ужасное в заключении. Друзья ждут, затаив дыхание, пока северянин подбирает слова, чтобы рассказать о том, что ему довелось узнать. Атмосфера в комнате сгущается от напряжения. Правда, похоже, гораздо глубже и мрачнее, чем они могли себе представить.
Глава 10
— А некоторые вещи пришлось испытать на собственной шкуре, — с горечью произносит Торвальд.