— Ну какой же я болван! Никак не могу привыкнуть! Сейчас все будет. Только не мешайте, не отвлекайте — молчите!

Лекарь уселся на дно тоннеля, закрыл глаза и… вылетел из своего тела. Поднявшись, повисел на месте, определяясь с направлением, и решительно погрузился в мешанину из земли, кирпичей, обломков стальных дверей и лестниц. Втиснувшись в плотный грунт, почувствовал некое сопротивление, словно шел, погрузившись в густую грязь, — дело непривычное, неприятное и, надо сказать, трудоемкое. Ему сразу захотелось вернуться, юркнуть в свое тело и отдохнуть. Неимоверно тянуло сделать это — как усталого лесоруба тянет прилечь после дня тяжкой работы. Похоже, что душе не очень нравилось пробираться сквозь плотную преграду. Одно дело пройти сквозь стену, нырнуть в чужое тело, рыхлое по сравнению с твердой массой уплотненной земли, и совсем другое — в этой самой массе летать туда-сюда, справа налево, слева направо, как корабль, идущий против ветра.

Тела Санды и Хеверада Жересар нашел, когда у него уже заканчивались силы. Металлическая лестница, ведущая наверх, переломилась под тяжестью перекрытий, когда поместье Хеверада осело вниз, скрутив жгутом толстенные металлические брусья и раскрошив кирпичную кладку. Однако там, где оставили тела королевской четы, по чистой случайности оказался воздушный пузырь — лестница тут уперлась в стену и заслонила собой хрупкие людские тела, уберегая их от неминуемой гибели. Оба правителя королевства были засыпаны землей — практически до самого горла, торчали лишь присыпанные черной «пудрой» лица, белые, как выточенные из камня. Руки, ноги — все было скрыто под слоем земли, и только раскопав их, можно выяснить, целы они или нет. Можно было бы, конечно, снова нырнуть в землю и проверить, что там с ногами-руками королевской парочки, но для этого нужны время и силы, а ни того, ни другого у Жересара уже не имелось. Он неимоверно устал от блуждания в толще земли — то ли вообще устал после долгого копания, то ли отняло силы ползание в земле бестелесным призраком. В любом случае нужно было срочно выбираться наружу, и Жересар рванулся к своему телу, спеша занять его, пока не случилось какой-нибудь неприятности. Вообще-то лекарь не знал, что произойдет, если его силы истощатся и он не сумеет вернуться «домой», — возможно, просто умрет, и его душа унесется куда-нибудь… куда — он не знал. И узнавать это в ближайшее время не собирался.

Не теряя времени, Жересар нырнул в свое тело и, облегченно вздохнув, открыл глаза, чувствуя необычайную слабость, как в тот момент, когда очнулся на берегу реки, изрубленный врагами.