— Ничего не поняла. По-моему, ты сама не знаешь и только важно раздуваешь щеки! Между прочим, я в школе училась! И не дура!

— А что такое школа? И откуда ты знаешь, что училась? Ведь ты не помнишь, кто ты такая?

— Не помню… но помню, что училась в школе и у меня было два брата!

— Хм… это уже интересно. А можешь их описать? Братьев? Они такие же, как ты? Как их звали? Чем они занимались?

— Дразнили меня… но я их все равно люблю. Они хорошие. А как их имена… не помню. Знаешь, у меня такое ощущение, что я вот-вот что-то вспомню, вот-вот, сейчас, еще секунду! И тут же ощущение пропадает. И я печалюсь. Мне хочется плакать. Но плакать я не могу — ведь я же во сне!

— Ну… сон — понятие растяжимое. Может, и не сон! А хочешь, я покажу тебе сны людей?

— Как это — покажешь? Ты же сказала, что сюда не могут попадать люди? Что, кроме драконов и демонов, тут никого нет?

— Тут — да. Но я тебе покажу другое Межмирье! Хочешь?

— Само собой, хочу! А что нужно сделать?

— Захотеть. Представить, что ты вышла из этого пузыря и летишь. Представь, что у тебя крылья! Вот, вот — получается! А теперь — что пузыря нет! Что ты висишь в пространстве, в чистой пустоте! Крылья тебе не нужны. Тут летаешь усилием мысли.

— А за каким демоном ты потребовала, чтобы я отрастила эти самые крылья?

— Ну так… красиво же! Разве может быть красивым существо без крыльев? Ты посмотри, какая у меня красота! Они в точности как настоящие!

— Я сейчас отращу клыки, как у тебя, и тяпну тебя за это красивое крыло!

— А ты попробуй догони! Давай за мной! Быстрее! Еще-е-е быстрее-е-е!

Чувство полета! Жемчужный шар внизу переливается всеми цветами радуги, а звезды на темном небе подмигивают, как старые знакомые. Чтобы лететь быстро, надо всего лишь захотеть.

Самое смешное — оказалось, можно переместиться и одним желанием, словно ты вначале несешься по скрученному в кольцо листу бумаги, а потом прокалываешь в нем дырочку и перемещаешься кратчайшим путем, мгновенно, через эту самую дырочку. Ну а как тогда быть с удовольствием от полета? Если ты представишь себе свист воздуха, струи, обдувающие тебя в небесах, то их и получишь! Даже если обдувать тебя нечему…

— Вот, смотри! — Дракончик повис перед черным Ничто, разделяющим Межмирье и то, что они сейчас перед собой видели. — Смотри, какие пузыри! Постарайся представить, что они приблизились и ты можешь рассмотреть их содержимое! Видишь? Видишь, что там?

— Что это?

— Я думаю, это сны всех существ, которые живут в обычном мире. Каждое существо создает себе свой мир. И этот мир здесь, в Ничто, появляется и живет до тех пор, пока сущность видит сон. А потом — этот мир исчезает. Знаешь, мне иногда кажется, что мы сами живем в сне какого-то существа… может, так и есть? Его сон рождает чудовищ — демонов, как ты их называешь. А другой сон — людей. Третий сон… не знаю. Много, много чего может создать спящий разум неведомого существа. Тут — скопление снов, потому мы их видим, и я полагаю, что это скопление снова здесь потому, что сны не могут быть далеко от своих создателей. И таких скоплений множество — видишь, в Ничто сверкают точки? Это сны других миров, неведомых. Только я еще не научилась перемещаться к этим снам. Пока мы с тобой живем в одном сне, в Межмирье.