— О компенсации ваших затрат, разумеется.

— Я сейчас не о деньгах, господин Годунов. Их у меня и без вас достаточно. Я говорю о новых возможностях, которые мне сулил Пётр.

— А вы, как я вижу, весьма прямолинейны.

— Просто хочу сразу расставить все точки над «И». Не люблю неопределённость. Дело для вас я провернул довольно деликатное, и мне бы хотелось быть уверенным, что если за подобное будет что-то грозить — вы придёте на выручку.

— Ах вот вы о чём… Можете не сомневаться Марк, если с этим возникнут какие-то проблемы — я вас прикрою. Даю слово.

— Это приятно слышать.

— Но это ещё не всё.

— И это вполне ожидаемо.

Годунов снова сверкнул глазами, но на подначку ничего не ответил. Очевидно, его забавляло моё поведение.

— Не буду скрывать — мне нужны такие люди, как вы, Марк. Опытные бойцы, способные, к тому же, решать серьёзные вопросы. Перевозить грузы, заниматься логистикой, охраной и инвестициями. Люди, которые не боятся запачкать руки, и на которых я могу положиться. Серьёзные люди, которые понимают, в каком мире живут, и которые имеют… Достойные цели. Вы, как я вижу — как раз из таких.

— Это весьма… лестно, господин Годунов, но…

— Не торопитесь отказываться, Марк. Я знаю, точнее — подозреваю, что вы цените собственную индивидуальность и независимость, но подобные предложения делаю далеко не каждый день, можете поверить.

— И я в этом нисколько не сомневаюсь. Однако не представляю, чем могу быть полезен вам здесь, в Москве. Одно дело — Пекин, там я успел наладить и связи, и бизнес, но тут…

— Одно напрямую связано с другим, Марк. Вскоре мы планируем наладить взаимодействие с гигаполисами Востока, и не только. В столицу хлынут новейшие разработки, технологии и лекарства, и мне будут нужны люди, способные оседлать эти потоки. Вы — один из таких людей.

— Я могу подумать?

— До завтра. Самое позднее — до полудня. И имейте ввиду, Марк, предложение распространяется и на общение с моей дочерью. Если вы откажетесь, но при этом захотите снова с ней увидеться или даже связаться, и я об этом узнаю… Можете поверить — вам это не понравится. До сих пор я шёл на поводу у Алисы, потакая её прихотям после похищения, в надежде, что это поможет ей прийти в себя. Так оно и вышло, но теперь я не могу отпускать дочь на прогулки с человеком, которому не доверяю. А вам, Марк, после того, что вы показали в Пекине, я буду доверять лишь в одном случае — если вы докажете свою преданность. Иначе…

Он не договорил, но всё было понятно и без слов.

Всё то время, пока мы с Алисой налаживали контакт, я проходил проверку. И, судя по всему, проходил её успешно. Но теперь, узнав нечто новое о моих возможностях, и построив какие-то свои выводы, Сергей Валерьевич решил поставить вопрос ребром. И надеялся, что Алиса сыграет триггером, способным привязать меня к себе. К нему. К Годуновым.