Проводив гостя, Флетчер пригорюнился. Из Лондона от него ждали исключительно победных реляций. Все просьбы по оружию и железу удовлетворили? С лихвой. Значит, старайся. Подпихивай недотеп в погонах к правильному решению. Мясом для штурма вас обеспечили, нечего рассиживаться.

О том, что и как придется докладывать в случае возможного поражения, даже думать не хотелось. Пока же все радостные доклады смахивали на отчет Пирра о результатах драки с римлянами: “еще разок повоюем и всем скопом переберемся на кладбище”.

* * *

В командной пещере подполковник Эшли ругался с вождями племен. Не со всеми, отловить удалось только четверых. И теперь худой мужчина орал на бедолаг, не стесняясь в выражениях:

– Вам дали воду! Вам дали еду! Вам разрешили первыми войти в Марзук, когда прикончим остатки ублюдков на холме! Чего вы ждете? Почему побежали вечером? Ведь вы уже были во вражеских окопах!

– Там нет людей, там одни демоны. Они убивают без остановки. Мы их не смогли уничтожить.

– Нет там демонов, там одни солдаты! Уставшие, без какой-либо поддержки. Их – жалкая горстка, которую для вас растоптать, словно скорпиона, попавшегося по дороге... Вам очень повезло, что началась эту дурацкая буря. Иначе я бы утром уже отправил вперед всех, до последнего. И Марзук отдал солдатам, кто готов сражаться, а не плачет от страха, словно женщина.

Взявший на себя смелость отвечать негр скривился. Мало того, что вместо обещанных глупых фермеров столкнулись с озверевшими от крови солдатами, так еще и обзываются...

– Буря не только тебе мешает, большой белый. Шаманы тоже пока не могут использовать худу в полную силу. Надо дождаться завтрашнего вечера.

– И что изменится?

– Мы будем весь день говорить с предками. Они поделятся с нами удачей. Они подарят ярость диких зверей, наполнят сердца храбростью... Завтра ночью мы сможем напасть на твоих врагов, большой белый. Мы подкрадемся, словно невидимые тени. И обрушимся на их головы, словно ливень.

– Завтра ночью, – задумался Винс Эшли, подцепив большими пальцами широкие лямки подтяжек. Мундир он сбросил на колченогий стул, не посчитал нужным встречать дикарей в форме. – Хорошо. Я тебя услышал. Ты – единственный, кто вызывает у меня доверие. Один день и ночь я готов потерпеть. И даже разрешу вам идти первыми после победы, собирая богатую добычу. Как и договаривались. Но если послезавтра утром вы снова начнете рассказывать о неубиваемых врагах, я сильно обижусь. Очень сильно... А у меня есть не только картечницы. У меня еще есть пушки. И железные машины, которые разорвут ваши тела шипастыми колесами... Иди, вождь. И хорошенько пни шаманов, чтобы они постарались и сделали все, как надо. Потому что мое терпение скоро закончится.