— Ничего, на войне быстро навыки восстановишь… И не жалко на курьерский тратиться? Два червонца, если не дороже, за полку.
— Когда за билет в будущее просят всего лишь деньги, не стоит жадничать. Надеюсь, отобьется.
Закончив заполнять бумаги, вербовщик встал, одернул мундир и торжественно произнес:
— Поздравляю с зачислением в Добровольческую бригаду, господин Макаров! Надеюсь, вы не посрамите славу русского оружия и проявите себя с лучшей стороны!.. Вот квитанция для железной дороги. С ней вас обязаны пропускать без очереди на любом вокзале. Сейчас народу много ездит, можно и опоздать где. Предъявите городовому, он поможет.
— За Бога, царя и Отечество! — ответил Сергий и, развернувшись через левое плечо, вышел на улицу. Теперь предстояло нагнать добровольческую команду номер шестьдесят четыре. И уже в ее рядах отбыть в Африку. Подальше от излишне пристального интереса местной церкви и в надежде на новое будущее.
Позади краткое прощание с Пелагеей и Стефой. Отправленные письма Агафону и старому Малахию Венедимовичу. Больше в Великом Новгороде молодого некроманта ничего не держало. Его ждала дорога.
Придерживая недовольного беготней Федора, Сергий нагнал кативший мимо трамвай и вскочил на подножку. Передал кондуктору за проезд и улыбнулся. Почему-то в душе крепла уверенность, что все будет хорошо. И сделан первый шаг в выполнении данного обещания — удалось пробудить дар. Значит — за первым шагом будет второй, третий. И так — пока не выполнит данное обещание. Ведь это хорошая привычка — держать данное слово. Всегда.
Эпилог
— Господин гауптман, подходим!
Под прикрытием завесы военных кораблей транспорты благополучно достигли берегов Африки. Бенгази — единственный не разрушенный за время мятежей и волнений порт в этих краях. И, как сообщили по радио, здесь германские войска уже должны встречать. Русские умудрились подсуетиться и две роты добровольцев перебросили на крейсерах, обеспечив безопасность высадки.
— Я тебя слышу, Дирк. Не стоит слишком драть глотку, не на параде.
Фон Шольца мутило. По дороге попали в небольшое волнение и гауптман неожиданно для себя понял, что ему куда проще резать глотки на земле, чем болтаться в железном корыте посреди безбрежных волн. Счастье еще, что шторм прошел севернее и зацепило лишь чуть-чуть. Но ничего — скоро уже встанут на разгрузку и здравствуй африканский берег.
— Это что, чайка? А почему черная?
Оглянувшись, Август заметил крупную птицу, которая на бреющем промчала мимо борта, распугав по дороге заоравшую от испуга пернатую мелочь.