Пожилой крестьянин с иссеченным шрамами лицом рассказал через переводчика историю, которая врезалась мне в память:

— В прошлом году японцы заподозрили нашу деревню в помощи партизанам. Они согнали всех жителей на площадь и заставили смотреть, как пытают нашего старосту. Они отрезали ему пальцы один за другим, требуя выдать имена партизан. Он не сказал ни слова, и тогда они обезглавили его перед всеми. Затем сожгли половину домов и ушли, забрав весь рис и скот.

Его глаза горели неугасимой ненавистью. Такие люди никогда не смирятся с оккупацией, они будут сопротивляться до последнего вздоха.

Хэ Лун, услышав эту историю, сжал кулаки так сильно, что костяшки побелели:

— Вот почему мы сражаемся. Не только за землю или ресурсы, но за само право нашего народа жить с достоинством.

К полудню зной стал почти невыносимым. Местные жители вернулись в свою деревню, обещав прислать связных при появлении японцев в районе.

В штабе собрались командиры для уточнения плана дальнейших действий. Новая информация, полученная от местных жителей, позволила внести коррективы в маршрут движения.

— Этой тропой пользуются только контрабандисты, — показал Хэ Лун на карте. — Она обходит все японские посты и выводит прямо к северным отрогам Дацинского хребта. Оттуда до нефтяных месторождений менее двадцати километров.

Сопкин задумчиво потер подбородок:

— Тропа выдержит тридцатитонные танки?

— Придется расширить некоторые участки, — ответил Хэ Лун. — Но старик сказал, что там твердый грунт, даже в сезон дождей проходимый для тяжелых повозок.

Я изучал карту:

— Это меняет расчеты времени. Если используем эту тропу, то можем выйти к исходным позициям для атаки на шесть часов раньше запланированного.

— И застать японцев врасплох, — добавил Окунев. — Они не ожидают удара с севера, тем более по неизвестной им тропе.

— Решено, — я отложил карандаш. — Выступаем в двадцать ноль-ноль. С наступлением темноты двигаемся по новому маршруту. К рассвету должны выйти на исходные позиции.

Остаток дня прошел в подготовке к предстоящему броску. Проверяли технику, заправляли танки горючим, распределяли боеприпасы, отрабатывали взаимодействие между подразделениями.

Под вечер пришло сообщение от разведчиков Хэ Луна. Японцы усилили гарнизон в Дацине дополнительной ротой пехоты и несколькими легкими танками. Однако основные силы по-прежнему концентрировались вдоль железной дороги, готовясь к провокации для оправдания полномасштабного вторжения.

Я вышел на окраину деревни. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в багряные тона. Пыльная дорога тянулась на восток.