— Отличное! Малосернистая, легкая. Идеально подходит для переработки в топливо высшего качества.
Эти данные придавали предстоящим переговорам с Фэн Юйсяном еще большую значимость. Теперь, зная конкретные цифры, в Москве мне не простят, если я упущу критически важный контроль над месторождением.
— Работайте дальше, Андрей Петрович, — сказал я, крепко пожав руку Воронцову. — Вы здорово помогли мне. Ваши данные помогут мне в переговорах с китайским генералом.
Вернувшись в штаб, я застал Александрова за изучением новых разведданных.
— Ситуация меняется, товарищ Краснов, — сообщил он без предисловий. — Японцы активизировали воздушную разведку. Два самолета-разведчика прошли на большой высоте над Дацином менее часа назад.
— Фотографировали наши позиции?
— Несомненно. Но благодаря хорошей маскировке большая часть нашей техники и оборонительных сооружений должна остаться незамеченной.
— Что с подготовкой к встрече?
— Все готово. Эскорт ждет. Маршрут проверен еще раз. Резервные группы расположены в ключевых точках на случай непредвиденных обстоятельств.
— Отлично. — Я взглянул на часы. — Пора выдвигаться.
Глава 21 Переговоры
Деревня Лунхуа представляла собой типичное маньчжурское поселение. Несколько десятков глинобитных домов с соломенными крышами, узкие кривые улочки, грязные от недавнего дождя, и главная площадь с древним колодцем посередине. Для переговоров выбрали самый большой дом — бывшую резиденцию старосты.
Мой эскорт остановился на окраине деревни. Дальше, в сопровождении только Александрова и двух охранников, я направился пешком к месту встречи.
Генерал Фэн Юйсян прибыл точно к назначенному времени, что для китайского военачальника уже означало проявление уважения. Его эскорт также остался на окраине деревни, а сам генерал в сопровождении доктора Чжана и нескольких телохранителей направился к дому старосты.
Я впервые видел «христианского генерала» вживую. Высокий по китайским меркам, крепкого телосложения мужчина лет пятидесяти с проницательными глазами и властным выражением лица. Военный мундир европейского покроя сидел на нем идеально, как и подобает бывшему соратнику Сунь Ятсена. На поясе кобура с пистолетом, единственное оружие, которое он оставил при себе.
— Генерал Фэн, — я слегка поклонился, приветствуя его, — благодарю за согласие встретиться.
— Господин Краснов, — ответил Фэн через переводчика, хотя я знал, что он понимает русский, — для меня честь познакомиться с человеком, нанесшим такое сокрушительное поражение японским захватчикам.
Мы прошли в главную комнату дома, где для переговоров был подготовлен стол с традиционным китайским чаем. Охрана обеих сторон осталась снаружи, в комнате присутствовали только я, Александров, Фэн, доктор Чжан и переводчик.