Хэ Лун согласно кивнул:

— У меня достаточно людей для этой задачи. Можем рассредоточиться на площади в пятьдесят квадратных километров. Любое движение противника будет обнаружено.

— Отлично, — продолжил я. — Второй эшелон обороны — основные силы пехоты, артиллерия, противотанковые средства. Они занимают укрепленные позиции на господствующих высотах.

Сопкин делал пометки на карте, отмечая позиции артиллерии и пехотных подразделений:

— Учитывая рельеф местности, предлагаю сосредоточить артиллерию здесь и здесь, — он указал на два холма, господствующих над дорогой с юга. — Это позволит контролировать основные подходы к району.

— А танки держим в резерве для контрудара, — добавил я. — Располагаем их скрытно, в лощине за этой грядой холмов. В случае прорыва противника выдвигаем по этому маршруту и бьем во фланг.

Офицеры одобрительно закивали. План простой, но эффективный.

— Важно создать единую систему связи, — заметил Александров. — Внешние посты должны иметь возможность быстро предупредить об обнаружении противника.

— Над этим работает Перминов, — ответил я. — Устанавливаем полевые радиостанции и организуем посты летучей связи для дублирования.

Минут сорок мы посвятили детальной разработке системы обороны, расставляя на карте фишки, обозначающие наши подразделения и вероятные направления ударов противника.

Когда основные вопросы были решены, я попросил всех, кроме Хэ Луна, Сопкина и Александрова, покинуть помещение.

— Теперь о самом деликатном, — сказал я, когда мы остались вчетвером. — О политическом прикрытии нашей операции.

Хэ Лун внимательно посмотрел на меня. Его узкие глаза с морщинками в уголках выражали понимание.

— Официальная версия такова: китайские патриотические силы при поддержке добровольцев-интернационалистов освободили район Дацина от японских захватчиков, — начал я.

— А на самом деле это спланированная советская военная операция, — усмехнулся Хэ Лун. — Понимаю, товарищ Краснов. Политика требует маскировки. СССР не хочет открытого конфликта с Японией.

— Именно, — кивнул я. — Поэтому необходимо срочно изменить внешний вид нашей техники. Убрать или замаскировать все признаки принадлежности к РККА. Технику передислоцировать в менее заметные места. А на передний план выдвинуть ваши отряды.

Сопкин задумчиво потер подбородок:

— Непростая задача. Т-30 сложно выдать за что-то другое. Это современные машины с уникальной конструкцией.

— Можно представить их как трофейные, захваченные у других японских гарнизонов, — предложил Александров. — Или как технику, тайно поставленную из СССР по линии Коминтерна.