— Ещё чуть-чуть!

— Да ну тебя в Пекло! — выругался император.

Однако вливать энергию он не прекратил, а скорее наоборот. От переизбытка сил моё тело вскоре начало сиять так сильно, что получилось разглядеть собственные рёбра в груди. Прямо через просвечивающуюся кожу. Дышать я больше не мог, но мне это больше и не требовалось. Как и вода, которая испарялась прямо в полёте.

Я стал таким лёгким, что воспарить над кадкой, а потом и всей крепостной стеной вышло без особого труда. За моей спиной развернулась пара огненных крыльев, поднимая меня всё выше и выше. Никогда не думал, что полёт вызовет у меня столько эмоций, но адскую боль немного помогло приглушить щенячье чувство восторга. В самолёте никогда подобного не испытывал.

Хотелось так вечно парить в вышине, подобно гордой птице, только чем дольше я находился в воздухе, тем сильнее чувствовал собственное выгорание. По телу растекалась нездоровая лёгкость, а рядом кружился чёрный пепел. Надо полагать, оставшийся от меня.

Голова звенела от перенапряжения, в глазах всё плыло, но оба купола сейчас были видны как на ладони. Я не стал мучиться с выбором и прицелился в оба, с двух рук, по-македонски.

Горите синим пламенем! Именно такое вырвалось из ладоней, прежде чем я рухнул вниз. О приземлении как-то не подумал, но защитники смогли поймать налетавшегося гранд-мастера у самой поверхности податливым силовым полем. За что им большое спасибо.

Как ни странно, сознание меня не покинуло, и я отстранёно наблюдал, как моим обугленным телом занимаются сразу три целителя. Хотя толком поработать им не дал вернувшйся Эндин. Стоило ему услышать от одного из врачевателей, что состояние удалось стабилизировать, как он тут же приказал готовить меня к отлёту. Видимо, время его поджимало всё сильнее.

Вскоре я вновь вернулся в воздушную стихию, но уже в качестве дополнительного багажа. Пассажиров обычно не помещают в мягкий мешок, похожий на спальный, и не привязывают покрепче к транспортному средству. Ну ладно, будем считать это местными страховочными ремнями. А вот пилот восседал в высоком седле, с которого не так уж и просто выпасть.

Никакой эйфории от полёта и близко не ощущалось. Ездовое животное мерно взмахивало перепончатыми крыльями, содрогаясь всем телом от каждого рывка. Болтало меня при этом неимоверно, заставляя скрипеть зубами от боли. Лишь набрав приличную высоту, виверна немного успокоилось и стала ловить воздушные потоки. Здесь нас уже не могли достать противники с земли, только если у них нет при себе какого-нибудь ПЗРК. Кто-то пытался стрелять, судя по вспышкам внизу, но до нас к счастью ничего не долетала.