К вечеру отряд спустился к заливу, заночевав неподалёку от пляжа. Рину, разумеется, понесло купаться на ночь глядя, несмотря на все запреты. Пришлось побыть её личным конвоиром, чтобы ценную свидетельницу не сожрали морские обитатели. Уплывать она вроде бы перехотела, хотя призналась, что не видит для себя благоприятного исхода. Я как мог подбадривал девушку, не позволяя ей окончательно утонуть в пучине уныния. А вот плавала она и впрямь здорово, насобирав на дне целую охапку мидий. Они немного скрасили наш скудный ужин, и на этот раз командор поставил нас в дозор.

На следующий день мы вновь брели, но уже вдоль береговой полосы, пока не наткнулись на один из дозорных отрядов. Дальше пошла рутина. Хараз долго пререкался сначала с командиром патруля, а потом с его начальником в подземном убежище, куда нас привели под конвоем. В итоге нас разделили — меня с Риной и пленницей отправили вместе со старшим офицером на скоростном воздушном корабле, а остальные остались ждать попутного наземного транспорта.

Вроде бы относительно недавно я летал, но ощущения на этот раз вышли другие. Меня всё сильнее вдавливало в пассажирское кресло, а судно, будто стараясь произвести на нас ещё большее впечатление, иной раз выписывало безумные финты в воздухе. В такие мгновения мой желудок начинал болтаться по всему организму, и я с закрытыми глазами из последних сил думал о хорошем. Как прижгу что-нибудь ненужное пилоту, который решил вытрясти из нас душу. После очередного раза сидевшая у иллюминатора Рина успокаивающе потрепала меня по плечу.

— Всё в порядке, просто за нами кто-то гнался.

— Враги?

— Живность, — буркнул Хараз, которому тоже не нравилась болтанка. — Если кто-то вздумается летать над нашими позициями, его быстро приземлят.

Вскоре мы тоже сели, к моему громадному облегчению, оказавшись ещё в одном городке Древних. Правда, здесь успели многое привести в порядок и даже обжить некоторые здания. Повсюду сновали люди, большей частью в военном облачении. Спустя столько дней скитаний по чащобам, даже они воспринимались настоящей толпой. Одичал я, не иначе.

С корабля мы натуральным образом попали прямиком на бал. Точнее, на военное совещание, куда нас привела ещё одна соратница императора. Та, которая предпочитала древковое оружие. Она возглавляла крупный отряд бойцов, взявших нас в кольцо прямо на посадочной площадке.

— Что такое, Лия? — хмыкнул зверолюд. — Я сам найду дорогу к Энди, не беспокойся.

— Ты должен был удерживать рубежную крепость, а не сбегать оттуда, — холодно ответила женщина. — Кавано уже доложили о твоей трусости. Он ждёт от тебя объяснений.