И он ждёт меня.

* * *

Мы впервые вот так стоим с ним — друг против друга, на открытом пространстве, не прячась и не играя.

Мы молчим глядя друг другу в глаза… говорит здесь только ветер, его сильные порывы рвут одежды на тех, кто собрался здесь…собрался чтобы победить или умереть.

— Ты зря пришёл сюда, Керо! — кричит Горо сквозь ветер и сквозь площадь разделяющую нас.

Опускаю пальцы на мёртвую руку Наито на поясе… и чувствую слабое биение сердца демона — я успел.

Я успел, а значит уже сегодня трон будет моим. Сколько бы десятков Проклятых сейчас не стояло за спиной Горо — им не остановить Акума.

Оглядываюсь, считая… тех, кто поклялся служить мне до смерти, здесь за моей спиной их почти три десятка. Это гораздо меньше, чем число тех, кто стоит за спиной у Горо, но любая моя марионетка сейчас стоит трёх Проклятых.

— Ты еще можешь уйти, — снова кричит он, не дождавшись ответа.

Уйти?

Да он смеётся?! Я в шаге от победы! Всего в одном шаге, мне просто нужно остановить одно сердце. Сердце того, кто сейчас стоит на другой стороне площади.

— Прими меня, — кричит Горо. — Признай меня. Ты будешь прощён! Я даже оставлю тебе Небесный Утёс!

Небесный Утёс? Он принадлежит Кайоши — зачем он мне.

— Ты еще можешь уйти… живым, — снова кричит он.

Он боится меня, иначе к чему все эти разговоры. И то, что я молчу сейчас — пугает его еще сильнее.

Он не знает о том, что единственная причина, по которой я сейчас стою вот так, неподвижно, под южным ветром со странным привкусом крови — жду когда наполнится одно из моих ядер…

Каждое полное ядро может решить исход боя.

— Тогда прощай, Керо, — так и не дождавшись ответа, Горо взмахивает рукой. В то же мгновение Проклятые за его спиной словно заковываются в сверкающие ледяные доспехи, поднимаются огромной, прозрачной, едва видимой волной высоко в воздух и тут же падают вниз, прямо передо мной.

Взлетаю вверх, пропуская атаку десятков сверкающих в первых лучах солнца мечей, мимо себя.

Проклятые набрасываются на моих марионеток, но те легко ускользают от их ударов — слишком быстрые — уворачиваются, и загоняют лезвиях своих мечей в ледяные доспехи врагов, круша их, разбрызгивая сверкающие осколки.

Защита льда выдерживает первый натиск, но не второй — она крошится, открывая тела Проклятых для новых ударов. И они следуют тут же, один за другим — я вижу как стальные клинки пробивают грудь Проклятых, отсекают им руки, разрубают сухожилия на ногах. Три десятка усиленных марионеток, каждая из которых не ниже двенадцатой ступени — это смертельный смерч, который оставляет после себя лишь кровь и тела. Есть и потери — не меньше десятка моих слуг остаётся на земле, но вот от Легиона — лишь несколько живых… и они бегут в смятении — бой против тех, кто еще вчера был твоим другом, а сейчас с яростью кромсает тебя — готовы выдержать не все.