Глава 18
Сентябрь 1775 года. Междуречье Ори и Большого Кумака. Российская империя
Возвращение отряда растянулось на добрых десять дней. Мы заполнили все грузовые подводы углём под самую завязку. Две крестьянские телеги, предназначенные под топливо, теперь просто ломились под весом копчёного и засоленного мяса. Также в обозе кочевников удалось найти более-менее приличный транспорт, который вёз мясо и трофеи. Конину коптили прямо на месте, используя добытый уголь. Жар от него держался ровно и долго, без чада, и мясо пропитывалось тонким, сладковатым дымком. Даже старый Чумаков, видавший виды проводник, кряхтел одобрительно, пробуя ломоть на зуб.
Немалую часть несчастных лошадок удалось пустить на мясо. После боя народ так и не отдохнул. Разве что вечером все наелись от пуза, а далее отряд и касимовцев ждала работа. Победа — это хорошо, но надо воспользоваться её плодами. Заодно никто не отменял цель экспедиции. Поэтому занятия нашлись для всех. Повезло только воинам, ловившим по степи разбежавшихся коней, и разъездам. Нельзя забывать о безопасности.
В итоге лагерь мы покинули через четыре дня. Последние сутки все свободные руки были брошены на подготовку места добычи. Люди раскапывали выходы породы, пробивали углубления в овраге для хранения угля, расчищали место для нормального подхода телег и строили навесы, благо мы захватили с собой немного досок. Я начал подумывать о создании этакой шахтёрской вахты и опорного пункта. Мне даже не нужно для этого разрешение губернатора. Сошлюсь на необходимость контроля важной дороги и предотвращения набегов распоясавшихся разбойничьих шаек. Скорее всего, форт мы построим в следующем году, а в этом начнём регулярную добычу.
С такими оптимистичными мыслями я приказал возвращаться. И дорога домой оказалась гораздо сложнее, чем думалось.
Главной проблемой стала не тяжесть возов и не капризная тропа, а табун. Ведь пришлось вести с собой более трёхсот трофейных лошадей. Кони степные, диковатые, привыкшие слушаться своих хозяев. Касимов с казаками сбились с ног, пока заставили животных двигаться в нужном направлении и не разбегаться. Благо всадников у нас с избытком, и о безопасности движения можно не думать. Вернее, разъезды бдели, но нападение в нынешних условиях стало практически невозможно.
Шли медленно, по двадцать вёрст в день, не больше. Уголь тянул вниз, колёса врезались в сухую землю, лошади на подъёмах натужно тянули постромки. Два раза ломались оси. Чинили тут же, благо запчастей и инструмента хватало. К вечеру валились с ног, но лагерь разбивали споро, уже на автомате. Костры жгли из запасённого топляка, и впервые за поход в котлах было сплошное мясо. Народ никак не мог насытиться. Или это чистая психология? Я вроде неплохо кормлю алексеевцев, казаки тоже не бедствуют. Однако надо учитывать прошлое, где кроются все тайны. Тем более местные за последние два года изрядно настрадались.