— И где они сейчас? — поинтересовался Фёдор Алексеевич, не сильно удивившись.

— Когда почувствовали запах дёгтя, пытались сопротивляться, ваше сиятельство, — вздохнул Каменский. — Душевно пытались, я даже чуть не поверил, что они сильнее. Пришлось ликвидировать на месте, прошу меня простить.

— И тебе больше ничего не удалось у них узнать? — спросил князь, уже начиная расстраиваться.

— Почему же, удалось, — ухмыльнулся Борис Николаевич. — Только не у них, а у поднявших лапки подчинённых. Разрубленное надвое начальство и княжеская печать их очень впечатлили. Адъютант начальника стражи сообщил, что его шеф регулярно общался с кем-то из замка. Вот тут начинается самое интересное. С кем именно контактировал начальник стражи и у кого получал информацию, адъютант понятия не имеет, а я людей могу разговорить, вы же знаете. Начальника уже нет, значит мы понятия не имеем, кто докладывает агентам Куракина всю обстановку.

— Просто так этого человека не найти, — тихо произнёс князь, нахмурившись, и закрыл руками лицо. Потом медленно убрал и продолжил: — Пригрели змею. Люди Куракина живут у нас под боком. Каждый день встречаются в коридорах, улыбаются, приветствуют, служат. Выходит, что Михаил здесь не в безопасности.

— Моё предложение вывести его из замка пораньше заиграло новыми красками, — сказал барон, внимательно посмотрев в глаза своему господину. — Теперь о том, что он отбывает раньше положенного времени больше нельзя говорить никому, даже ему самому.

— Продумай всё до мелочей, — тихо сказал Пожарский. — Организуй минимальный отряд охраны. Лучше возьми тех же своих бойцов, они проверены. Выводите его из замка до рассвета. Ты понял уже, каким путём.

— Да, ваше сиятельство, — кивнул барон.

— Но сначала иди к лекарю и приведи себя в порядок, — настойчиво и с нажимом произнёс Фёдор Алексеевич. — Ещё не хватало, чтобы твои «царапины» начали гнить, ты мне нужен живой и здоровый, наше время ещё не пришло, повоюем.

— Повоюем, ваше сиятельство! — с бодрой улыбкой ответил Каменский, решительно поднимаясь с кресла. — Ушёл выполнять.

Верный помощник, слегка потрёпанный жизнью, вышел из кабинета, осторожно прикрыв за собой дверь. Князь остался в кабинете один, но одиноким сейчас себя не чувствовал. И это несмотря на то, что в его замке завёлся крот. По крайней мере о нём теперь известно, осталось лишь вычислить его нору. Этим займётся всё тот же Каменский. Вернётся после задания и вычистит эту гниль.

* * *

— Миша, — знакомый голос прозвучал откуда-то издалека, словно из бездны времён, пытаясь вклиниться в мой спокойный сон. — Миша, вставай!