Вадим шипел от боли, беспомощно дёргаясь, но сила Марка была абсолютной.
— Послушай меня внимательно, ископаемое, — тихо, но с такой ледяной угрозой шепнул Марк, усиливая нажим. — Документы подписаны. Ещё один шаг в её сторону, один звонок или попытка приблизиться — и я разорю тебя за неделю. А потом поговорю по-другому. Ты меня понял?
Вадим лишь судорожно кивнул, глотая воздух.
Марк резко отпустил его. Вадим сполз по стене, потирая затекшее запястье и глядя на нас с дикой смесью ненависти и страха.
Марк развернулся ко мне. Вся ярость на его лице мгновенно растаяла, уступив место бесконечной нежности. Он аккуратно взял меня за талию, притягивая к себе.
— Идём, родная. Здесь больше делать нечего.
Глава 17. Вспышка и искупление
Обратная дорога превратилась в сплошной гул натянутых нервов. Марк вёл спорткар молча, но его пальцы так сжимали руль, что костяшки побелели. В салоне висела электрическая, почти осязаемая тишина, пропитанная нерастраченной агрессией и диким адреналином, который всё ещё кипел в его крови.
Едва машина заехала во двор нашего дома и ворота закрылись, Марк заглушил мотор. Он не стал ждать. Повернулся ко мне, тяжело и часто дыша, с потемневшими от страсти и пережитого напряжения глазами.
— Ты в порядке? — рвано спросил он, обхватывая моё лицо своими горячими, чуть дрожащими ладонями.
— С тобой — да, — выдохнула я, накрывая его руки своими.
Этот ответ окончательно сорвал с него тормоза.
Марк притянул меня к себе прямо в машине, накрывая мои губы жадным, голодным, до боли страстным поцелуем. Его язык ворвался без прелюдий, властвуя, выбивая из меня последние остатки воздуха. Я застонала ему в губы, сжимая его широкие плечи.
Он выскочил из машины, подхватил меня на руки прямо у двери и буквально внес в дом. Дверь захлопнулась с сухим щелчком, отрезая весь остальной мир.
Марк прижал меня спиной к прохладной стене холла. Его пиджак полетел на пол.
— Я чуть не сошел с ума, когда он поднял на тебя голос, — прорычал Марк, въедаясь поцелуями в мою шею, отчего у меня вырвался рваный вздох. — Я хочу выжечь его из твоей памяти. Каждую секунду. Всё его присутствие.
— Выжги, Марк… пожалуйста… — прошептала я, судорожно расстёгивая пуговицы на его рубашке и уткнувшись носом в его горячую, пахнущую кожей и парфюмом грудь.
Его руки действовали нетерпеливо, с дикой жаждой и сносящим крышу напором. Он сорвал с меня пальто и кофту, оставляя в одном белье. Его сильные ладони жадно обследовали каждый сантиметр моего тела — бёдра, талию, грудь, заставляя меня прогибаться в его руках и выдыхать его имя с каждым новым прикосновением.