Ответ, последовавший после этого вопроса, оказался настолько путанным и длинным, что Алекс сразу понял — ссориться с гильдией очень опасно, настолько чётко гильдийцы сработали, раскрыв преступление по горячим следам.
— А что граф? Как он воспринял такое известие? — наконец вклинился в кажущийся бесконечным поток словкнязь.
— Рвёт и мечет. Твердит, что найдёт и лично спросит с князя сатисфакцию, только это он сгоряча, Разумовский вообще очень вспыльчив, но это не страшно, как загорается, так же и потухнет. Не страшно… А вы-то как, граф? — наконец перешёл к дежурным фразам барон, видимо, окончательно выговорившись.
«Вот так. Всё идёт по плану…» — отключаясь, Алекс усмехнулся своему отражению в зеркале и, решив, что заслужил небольшую награду, отправился в номер к своей японке.
Операция
Высоко в небе, невзирая на время суток — глубокую ночь, безмолвным пятном хищно парил ястреб. Он, время от времени заваливаясь на бок, уже достаточно долго нарезал круги над длинным зданием, казавшимся сверху чем угодно, но только не тем, чем оно было на самом деле. Виновница таких метаморфоз висела гораздо выше ястреба, она — убывающая луна, хоть толком и не светила, но её влияния хватало, чтобы превратить дом в нечто кособокое и унылое — уж очень причудливо ложились ночью тени.
Наконец, вдоволь насмотревшись, князь оставил мёртвую птицу в покое, тут же сорвавшуюся в штопор, и покосился на стоящего рядышком графа Разумовского.
Точнее, это уже был не граф, а лишь его бренное тело, на которое Алекс возлагал сегодня большие надежды.
Он бы до последнего не убивал бретёра, но тот вдруг передумал идти, и ничего другого попросту не оставалось.
Рядом с зомби, чуть в стороне, застыл Олег, облачённыйтак же, как и Коба, в чёрный костюм ниндзя. Японец же находился уже внутри, за забором, и, где-то спрятавшись, ждал назначенного времени.
Глянув на часы, Алекс спокойно выдохнул и осторожно улёгся на траву, готовя сложное заклинание, способное на время перенести его сознание в тело убиенного графа.
Улёгшись, он поднёс руку к лезвию ножа и, слегка порезав палец, капнул кровью на начерченную прямо на земле руну.
Та нехотя дрогнула и, мелко задрожав, — так, что ему показалось, будто на земле кто-то шебуршится, — выстроилась чёткими линиями, чуть приподнявшись в воздух.
«Сработало!» — обрадовался Алекс, перенесясь в тело Разумовского и едва не упав на радостях от резкой смены угла зрения, в последний момент успев облокотиться о стену.
Затем, прислушиваясь к новым ощущениям, потратил ещё с минуту на освоение в новом телеи, похлопав по карманам, достал оттуда всё, что могло звенеть и брякать. Поправил перевязь с рапирой, — Алекс мог, конечно, взять другое оружие, но решил попрактиковаться именно дуэльным клинком, тем более так всё будет выглядеть гораздо правдоподобнее, — и, оставив Олега охранять покинутого «себя», двинулся вдоль забора.