— Я с ним почти не общался, но даже тех нескольких фраз, которыми мы обменялись, мне хватило, чтобы понять, что интеллект ни разу не его конёк. Он словно большой ребенок, честный, порывистый, где-то благородный, но всё это как-то пухло, по-детски.

— Согласен с вами, Максим, согласен… Я вот, собственно, насчёт этих самых несколько фраз — секунданты графа сказали, что вы отходили, и Разумовский даже полог ставил.

Произнёс советник и, словно рентген, уставился прямо в глаза князю.

— Да ничего такого, собственно, — пожал плечами Алекс, — знай я, что так всё получится, может и придал бы значение его словам, но в тот момент меня больше интересовало наше с ним дело, о переносе которого он, собственно, и просил.

— Тогда зачем полог? — ещё пуще вцепился Марченко.

— Вероятно, не хотел, чтобы кто-то слышал его просьбу. Гордец был… стеснялся…

— Ну что ж… Как-то так я и предполагал… Жаль, конечно…

Советник поднялся и, подойдя к шкафу, достал оттуда пару маленьких рюмочеки большой, пузатый графин.

— Давайте, Максим, за упокой души графа, хоть и дурной местами, но всё же хороший был человек, помянем, — и, плеснув по капельке из графина, первым поднял рюмку.

* * *

Завершив таким образом разговор с советником, Алекс спустился вниз, не обращая внимания на тотчас наступившую тишину — как только громко галдящие сотрудники увидели его, резко замолчали, провожая князя глазами.

Алекс даже хотел сказать что-то по этому поводу, но в кармане внезапно завибрировал коммуникатор.

— Да, — быстро выйдя на улицу, ответил он.

— Простите, дяденька, а Серёжа дома? — раздался детский голосок.

— Нет, — ответил князь, — тут вообще нет никакого Сережи, — и тут же повесил трубку.

Сейчас главное не дёргаться, фокус с Серёжей — кодовый сигнал, просьба о встрече. Так они заранее договорились с Юрием. А значит, покружится где-нибудьи, убедившись, что никто его не пасёт, отправится на встречу. По другому никак.

Но что могло такого произойти, что Юра задействовал экстренный канал связи?

Причём из всех возможных этот был самым срочным, означавшим, что дело безотлагательноеи очень, очень важное.

«Так… Куда пойти?» — задумался князь, понимая, что совсем уж бесцельное шатание по улице неуместнои только привлечёт ненужное внимание.

И первое, что бросилось в глаза — небольшое летнее кафе, откуда открывался отличный открытый вид на близлежащую территорию.

— Кофе и мороженое, пожалуйста, — усаживаясь за столик, заказал он официантке и, достав некрупную купюру, подсунул её под стакан с коктейльными трубочками.

Сам же, делая вид, что скучает в ожидании заказа, попытался выявить возможную слежку.