– Лёгкое? – не понял чиновник.

– Ну, займись я этими господами всерьёз, их бы уже схоронили. В лучшем случае отправили бы в больницу, – нахально усмехнулся парень. – Как я стреляю, можете справиться в обществе. Даже в газетах о том писали.

– Именно это и удерживает меня от того, чтобы препроводить вас в участок и там снять допрос по всей форме, – зло отозвался полицейский. – Мне известно, что вы прекрасный стрелок и отлично владеете саблей. А вот с ножами вас никто никогда не видел.

– А при чём тут ножи? – удивился Егор, делая вид, что сильно озадачен.

– Ростовщика и его подручных зарезали. И сделано это было весьма ловко. Десяток бывших каторжников были вырезаны, словно стадо баранов. Похоже, они даже понять ничего не успели, – вдруг принялся откровенничать чиновник. – А самого ростовщика перед убийством ещё и пытали. Очевидно, хотели узнать, где находятся его тайники.

– Странный он был человек, – хмыкнул Егор, прихлёбывая кофе. – В городе куча банков имеется. Есть деньги, отнеси туда и спи себе спокойно. А для дела просто держи дома небольшую сумму. Чего проще?

– Похоже, вы плохо себе представляете особенности данного занятия, – чуть усмехнулся чиновник.

– Совсем не представляю, – спокойно согласился Егор. – Никогда не имел дела с ростовщиками.

– Оно и заметно. Иногда к подобным господам обращаются весьма известные личности, которым срочно требуются очень большие суммы. И тогда ростовщику приходится делать всё очень быстро. Отсюда и все эти штуки с тайниками и прочими схронами.

– Спорить не стану. Не моя, так сказать, епархия, – равнодушно хмыкнул парень. – Но к чему вы всё это рассказываете мне?

– Вы удивительно спокойно отнеслись к моим словам, когда я сказал, что ростовщика пытали. Неужто вам совсем не жалко человека? – зашёл чиновник с другой стороны.

– С чего бы? – удивился Егор. – Он был взрослым, достаточно умным человеком и отлично понимал, на что шёл. Подобное занятие для здоровья не особо полезно. Это даже в литературе описано. Так с чего мне о нём переживать? Признаться откровенно, мне гораздо больше жаль сирот, оказавшихся на улице, инвалидов, потерявших конечности во время войны, а на подобных господ мне плевать с высокого минарета. Знали, чем занимаются и чем это может кончиться. Вы же сами сказали. Там целый десяток бывших каторжников вырезали. Значит, он чего-то подобного ожидал, раз держал их в доме.

– Они обитали во флигеле, – на автомате поправил его полицейский.

– И при этом не охраняли само подворье? – вскинул Егор брови. – Уж простите, но это и вовсе глупость несусветная. Иметь под рукой целый десяток крепких мужиков, и не устроить ночную стражу глупо.